НОВОСТИ   БИБЛИОТЕКА   ЮМОР   КАРТА САЙТА   ССЫЛКИ   О САЙТЕ  







предыдущая главасодержаниеследующая глава

Бизнес старый и молодой

В школах бизнеса будущим предпринимателям рассказывают такую притчу. Как-то к старому, но очень мудрому и авторитетному владельцу весьма крупной фирмы пришел молодой, полный задора и азарта начинающий бизнесмен с предложением осуществления проекта, сулившего, как ему казалось, миллионные прибыли. "Что ты от меня хочешь?" - спросил старый бизнесмен. "Я хочу, чтобы вы помогли мне деньгами и вашими связями", - с уверенностью в своей правоте ответил молодой человек. "Это понятно, этого многие просят. А что ты представляешь собой?" - последовал еще один вопрос. "Я!? Я имею идеи и желание их воплотить в реальный продукт!" В умных глазах ветерана бизнеса проскользнула еле заметная усмешка. "Молодость, молодость! - с сожалением, но без сарказма сказал он. - Ты не желаешь понимать, что большие походы начинаются с маленького шага! Сами по себе идеи ценны только для специалистов. Для бизнеса они ничего не стоят, пока в них не вложен капитал. Нет капитала - нет продукта, а значит, и прибыли. У тебя есть капитал?" - "Нет", - последовал ответ. "Ты знаешь, как его создать?" - "Знаю!" - с энтузиазмом воскликнул гость. "Ну что яке, покажи свою сноровку. Сделай свой маленький бизнес, тогда посмотрим, чего ты стоишь!"

Бизнес старый и молодой
Бизнес старый и молодой

Вероятно, тысячу раз был прав умудренный опытом старый бизнесмен. Он-то хорошо знал, что на большие дела способны лишь те, кто начал их с небольших, но четко выверенных, грамотных и уверенных шагов.

Многие на Западе предпринимают попытку начать свой бизнес. Но не многим удается из маленького дела создать фирму с миллионными оборотами товаров и капитала. В США, как зафиксировала статистика, ежегодно образуется около 1 млн. новых фирм; примерно столько же в этот период объявляют себя обанкротившимися. Те пара-тройка тысяч мелких фирм, которые выживают, имеют шанс перерасти в более крупное предпринимательство.

Собственно говоря, совершенно не обязательно утверждение, что "плох тот бизнесмен, который не мечтает стать президентом крупной корпорации". Мечтать, конечно, никому не возбраняется, но реальность жизни для мелких бизнесменов порой бывает важнее. Многие из них не без основания полагают, что лучше иметь небольшое доходное, но свое дело, чем раствориться в структуре какой-либо крупной фирмы. Боязнь обезличить начатый бизнес, попасть под власть организации, которая будет навязывать направления развития и структуру выпускаемых товаров, для мелких бизнесменов не абстракция, а естественное каждодневное состояние. Оно заставляет мелкого предпринимателя постоянно быть в боевом расположении духа, не терять оптимизма и веры в свои собственные силы.

В удивительно интересной книге американского социолога Джона Стьювилла "Новая волна предпринимательства" приводится весьма точная характеристика присущих предпринимательству качеств. Мы приведем его оценку причины более динамично растущего сектора мелкого бизнеса в США по сравнению с другими странами. Итак, он пишет: "Американцы - прирожденные оптимисты, им не свойственны скептицизм и привычка к мрачным раздумьям, характерные для немцев, или самокопание, столь естественное для русских, что нашло свое отражение в их литературе. Последнее особенно противопоказано духу предприимчивости. Оптимизм, даже бьющий через край, - неотъемлемая черта предпринимателя...". Интерес к "грядущему" и всякие другие мистические подходы проявляются в американской культуре меньше, чем у других народов. Это означает на практике, что человек, который предлагает новый подход к проблеме, имеет в США большую и доброжелательную аудиторию. Вместо того чтобы полагаться на какую-либо доктрину, американцы чаще, чем другие, задают простые вопросы: "А если? А почему не попытаться? Кто это сказал? Почему?"

Понятно, на что Стьювилл обращает главное внимание? На оптимизм и все подвергающую сомнению предприимчивую натуру индивида. Прагматизм (дело ведь вдет о собственном положении, собственных деньгах) и вера в то, что все сможешь, если пойдешь до конца, - качества, без которых нечего и думать о заведении своего дела. Без этих качеств вас тут же раздавит молох конкуренции и всей окружающей бизнес среды, сформированной на стремлении массы предпринимателей к успеху, расширению дела.

Прагматизм - качества, без которых нечего и думать о заведении своего дела
Прагматизм - качества, без которых нечего и думать о заведении своего дела

В свою очередь, прагматизм предписывает предпринимателю быть в постоянной готовности к гонке за новыми оригинальными идеями, носителями которых могут стать приглашенные в дело новые члены уже функционирующего предприятия. Новые идеи, новые подходы к их реализации привносят в бизнес свежую струю, делают его организацию намного более гибкой, позволяют быстрее и успешнее продвигать товар на рынке.

Надо признать, что мелкий бизнес гораздо эффективнее, чем крупные корпорации, выполняет роль губки, впитывающей в себя всё принципиально новое. Недаром сегодня в среде образованных бизнесменов и ответственных ученых большой популярностью пользуется лозунг: "Малое - эффективно". Статистика вполне определенно указывает, что малые фирмы обладают заметно большей способностью к нововведениям, чем корпорации с многомиллионными и миллиардными оборотами.

В США есть организация, которая дает наиболее авторитетные данные о научно-техническом прогрессе в американском обществе. Она называется Национальный научный фонд. Так вот, по его данным, небольшие фирмы, т. е. с количеством занятых не более 500 человек, в расчете на один доллар, вложенный в научно-исследовательские разработки, дали вчетверо больше новинок, чем средние компании (до 1000 человек занятых), и в 24 раза больше, чем крупные корпорации (свыше 10 тыс. человек персонала). Причину такого положения дел специалисты видят не только в возможностях мелких фирм экономить на малых масштабах производства, но главное - в их способности резкого снижения "издержек ведения дел", т. е. затрат, связанных с обеспечением и обменом информацией на фирме (маленький коллектив гораздо мобильнее, чем большой, воспринимает и генерирует новые идеи), лучшей координацией действий и более оперативным принятием решений.

Вполне доказано, что крупные корпорации обладают массой преимуществ перед мелким бизнесом. Причем "мелочь" обычно ищет пути, позволяющие ей каким-то образом присоединиться к организационной структуре гиганта бизнеса, стать его интегрированным членом или подрядчиком. Эти преимущества в основном относят к сфере производства и сбыта продукции. Что же касается нововведений, то здесь пока приоритет за мелкими предприятиями. Особенно преимущества мелкого бизнеса проявляются в такой форме, как венчурное (рисковое) предпринимательство.

Малое - эффективно
Малое - эффективно

Рисковый бизнес начал свой ренессанс с конца 70-х гг. Он имеет несколько десятков форм, и его специфика определяется прежде всего специализацией рискового бизнесмена на той или иной сфере деятельности. Обобщая же все формы, специфику рискового мелкого бизнеса можно определить следующим образом: это бизнес, в основе которого лежит способность предпринимателей аккумулировать из различных источников финансовые средства под завершение научно-технических проектов, потенциально оцениваемых как высокоприбыльные. Рисковым бизнесменом может быть и финансист, и инженер, и студент, имеющий коммерчески выгодную разработку, и предприниматель, помимо своего главного дела поднявший капитал под интересующую его лично или контролируемую им фирму техническую новинку.

В чем преимущества рискового бизнеса? В том, что он базируется на энтузиастах-изобретателях. Эти люди, одержимые принципиально новыми техническими решениями, как правило, обращаются за капиталом к бизнесу при появлении опытного образца будущей серийной продукции. Если сами они не могут собрать необходимый им для полного завершения работы капитал, то в дело вступают третьи лица, готовые при соответствующей серьезной научной и коммерческой экспертизе предлагаемого разработчиками изделия рискнуть несколькими миллионами долларов, фунтов стерлингов или марок для получения высокой прибыли. Под эти деньги разработчикам предлагается резко ускорить доведение изделия до промышленного образца. Обычно у них на это при рисковом финансировании уходит вместо 1,5-2 лет не более 6-9 месяцев. Энтузиазм новаторов и готовность бизнеса под их идеи рискнуть капиталом дают зачастую поразительные результаты. Только в США ежегодно образуется примерно 50 тыс. рисковых фирм, половина из которых в течение года готова представить потребителям новые товары и услуги. Представляете! Двадцать пять тысяч нововведений в год! Вот это темпы научно-технического прогресса, вот это "материал" для массового промышленного выпуска новинок крупными производственными корпорациями.

Кроме того, преимущество венчурного бизнеса - в его полной самостоятельности, дающей возможность фирме свободно менять схему работы в зависимости от обстоятельств. Для фирм, специализирующихся на научно-технических разработках, это означает свободный выбор таких исследовательских программ, которые являются приоритетными именно в данный момент, которые дают быстрый практический результат. В одном из интервью изобретатель транзистора, прошедший немалый путь в рисковом бизнесе, особое внимание акцентировал именно на быстроте получения научных результатов в лаборатории рисковой фирмы. В его словах: "Когда я не знаю, как начать проект, я говорю: берите на себя инициативу и проводите эксперимент. Здесь есть один полезный принцип: не начинайте с того, на что уйдет шесть человеко-месяцев, прежде, чем вы получите ответ. Всегда можно найти что-то другое, в чем за несколько часов усилий вы можете хоть немного продвинуться вперед" - заложен не только здравый, но и крайне поучительный смысл. Не тратить время на пустое занятие! Если ты не готов сегодня к решению крупной проблемы, решай задачи, которые в настоящий момент тебе по силам! Все должно быть подчинено рационализму, ориентированию на конечный эффект. Венчурные фирмы выросли на этих принципах и, модифицируя их под свои задачи, остаются благодаря им весьма успешной и прибыльной формой использования таланта и капитала в рыночной экономике.

Третье преимущество рискового предпринимательства - раскрытие богатейших возможностей антрепренерства, т. е. рода деятельности человека, обусловливающей получение им прибыли от деятельности созданной фирмы за счет умелого руководства на всех участках ее функционирования: от исследований до производства и сбыта продукции. Классическим примером антрепренерства в США является начало дела основателей электронной фирмы "Хьюлетт - Паккард". Мимо этого примера нельзя пройти, настолько он стал христоматийным для рискового бизнеса и антрепренерства.

Накануне второй мировой войны один из вице-президентов Станфордского университета (США, Калифорния), ныне стоящего в ряду крупнейших и престижных учебных заведений Америки, - Ф. Герман заметил двух талантливых студентов-изобретателей, одержимых антрепренерством. Он посоветовал им заняться производством осциллографов, изобретенных ими. Ф. Герман не погнушался даже войти в общее дело, дав перспективным студентам в качестве первоначального капитала 538 долларов. Из этой в общем-то более чем скромной суммы Уильям Хьюлетт и Дэвид Паккард взрастили корпорацию, занимающую 49-е место в списке 500 крупнейших корпораций США. Почти 70 тыс. человек выпускают сегодня широкоизвестные в мире компьютеры фирмы "Хьюлетт - Паккард", а основатели фирмы стали одними из богатейших людей планеты.

Другой пример ученых-антрепренеров. Четыре молодых инженера из Калифорнии (США), каждому из которых не было и 30 лет в 1984 г., основали мелкую фирму по производству компьютеров "Сан макросистемз". Всего за четыре года фирма выросла до уровня корпорации, занявшей в 1988 г. 463-е место в списке 500 крупнейших компаний США. Ее продажи превысили объем 0,5 млрд. долл., доказав всем, что грамотные антрепренеры вполне могут увеличить торговый оборот компании за несколько лет на 156%, а прибыли поднять в 3 раза.

Одним из феноменов венчурного бизнеса, как и всего мелкого предпринимательства, является стремление к конкурентной борьбе, выражаясь прозаически, не щадя живота своего. Этому способствует в значительной степени довольно-таки молодой состав начинающих антрепренеров, проникнутых душевным состоянием, требующим реальной жизни, практических дел, немедленной реализации задуманного. Проявляемая при этом мелкими фирмами потрясающая мобильность порой ставит в тупик старые большие фирмы. Цепляясь за отжившие подходы к конкурентной борьбе, медленно перестраивая свои устоявшиеся управленческие структуры, они нередко оказываются в положении не только обороняющейся, но и проигрывающей конкурентную борьбу стороны.

Прибыль
Прибыль

Свидетельством этому может служить практика мелких венчурных фирм, возглавляемых "агрессивными" и уверенными в себе антрепренерами, так называемого кустового развития в определенных местах. Суть данной модели размещения бизнеса и борьбы за свою долю на рынке чрезвычайно проста, но очень рациональна, а значит, и эффективна. Антрепренеры, занимающиеся бизнесом в сфере кредитных учреждений, продажи автомобилей, одежды, организации ресторанов, бытового обслуживания и т. д., группируют свой бизнес в определенных районах, по соседству с конкурентами. Казалось бы, это полный абсурд!? Ан нет. Не так прост антрепренер, как может показаться на первый взгляд.

Ящик Пандоры, открываясь, дает нам весьма важное знание о философии мелкого предпринимателя-антрепренера. "Кустовое" развитие бизнеса для него выгодно прежде всего потому, что в районах "гнездования" однотипных фирм легче найти необходимую рабочую силу. Нужные работники знают, где они скорее всего найдут работу. Далее, при такой системе легче организовать поставки продукции для своего предприятия - всё и все в одном месте; не сбросить со счетов и такой факт, как наблюдение за конкурентами, перенимание их опыта (благо они под боком). Самое же главное, что подобный "куст" мелкого бизнеса, запечатленный на туристских и других картах, внедряется в сознание потенциальных потребителей. А ведь для розничной и обслуживающей сферы знание клиентами ее местоположения есть главное условие успеха.

Подобного рода предпринимательское "гнездование" характерно и для многих видов промышленной и научно-исследовательской деятельности. При этом достигается уникальный для прежних времен результат. Появляется мощный информационный пул, т. е. в одном месте сосредоточивается соцветие умов, занятых одним видом технологической деятельности, однотипно строящих свою рыночную стратегию.

Вместе с тем уже давно известно, что изобретательство и промышленная деятельность неразрывно связаны с наличием информационного пула. И чем больше людей и идей в нем участвуют, тем мощнее работает "объединенная фабрика" по рождению новых идей.

Пожалуй, мощнейшим информационным пулом подобного рода стала сегодня Кремниевая долина (в штате Калифорния, США), где собралось около 3 тыс. электронных фирм. Среди их служащих числится более 6 тыс. докторов наук и примерно 15 тыс. миллионеров, выходцев из среды ученых и молодых антрепренеров. Примечательно, что на узком участке калифорнийской земли (Кремниевая долина имеет в длину 30 миль и в ширину около 10 миль) была достигнута очень высокая по мировым меркам мобильность рабочей силы. Обмен ею между фирмами составляет до 30% в год, что, естественно, определяет и большую подвижность новых идей и обмена информацией между фирмами. Изолированные же друг от друга фирмы, как показывает мировой опыт, лишаются данного преимущества.

Мобильность рабочей силы
Мобильность рабочей силы

Многие политики и финансисты на Западе считают, что будущее мирового производства за мелкими фирмами. Такую точку зрения не раз, например, высказывали и президент США Р. Рейган, и министр финансов Великобритании в правительстве Маргарет Тэтчер - Дж. Мэйджор. Кстати, в Великобритании почти 96% фирм мелкие. И они дают работу 36% рабочих и служащих частного сектора. В середине 80-х гг., когда Великобритания была поражена безработицей, именно на мелких фирмах было создано около 1 млн. новых рабочих мест.

Может показаться, что автор специально отодвигает на задний план рассказ о крупном капиталистическом бизнесе. Нет, я этих целей не преследую. Просто мне хотелось показать несколько эпизодов деятельности мелкого бизнеса в экономике Запада. Ибо именно с мелкого предпринимательства начинается всякое частное производство, всякий бизнес, основанный на свободном применении сил свободного человека.

Теперь, пожалуй, время начинать рассказ о крупном бизнесе. Дело это архисложное. Большой бизнес западного мира представлен гигантскими промышленными и финансовыми империями. Просто так, с наскока, о них поведать еще не подготовленному в достаточной мере человеку невероятно трудно. Но это не беда! Нам вполне по силам познакомиться с основополагающими методами организации большого бизнеса, его общей структурой и персональным составом.

Итак, к делу! Как выделить крупную компанию? Имеется несколько показателей, облегчающих эту работу. Основными из них большинством ученых считаются объем годовых продаж корпорации, ее совокупные активы (мы уже говорили, что это все имущество корпорации, включая ее наличные деньги и вклады в банки и страховые компании), количество занятых. Так вот, если объем годовых продаж корпорации более 450 млн. долл., активы не менее 200 млн. долл., а количество занятых превышает 1 тыс. человек, то такая компания может с полным основанием относиться к большому бизнесу. Добавив же к названным показателям еще один - долю компании в выпуске продукции отрасли, к которой она относится (эта доля должна быть не менее 30%), можно довольно-таки точно определить лицо компании на предмет ее отнесения к крупному бизнесу.

Долгое время в наших книгах большой бизнес Запада представлялся как хищнический, грабительский, стремящийся к полному уничтожению конкурентов. Ничего, кроме иронии, такие перлы не вызывали у бизнесменов, иногда интересующихся тем, что о них пишут в советских газетах и журналах. Если же говорить серьезно, то большой бизнес как раз и является тем китом, на котором держится вся западная экономика. На предприятиях гигантских компаний работает почти 1/4 часть трудящегося населения США, государств Западной Европы и Японии; на них же производится свыше 1/3 продукции этих стран. Фактически ведущие корпорации Запада выступают в качестве огромного работодателя и исполнителя заказов потребителей. От экономического здоровья большого бизнеса прямо зависит доход и процветание нации.

История большого бизнеса своими корнями уходит в конец XIX в. В этот период некогда независимые, свободные частные фирмы начали преобразовываться в крупные акционерные компании, стремящиеся поставить под свой полный контроль производство определенного круга товаров и промышленно-строительную деятельность. В результате в таких сферах экономики, как строительство железных дорог, металлургия, телефонизация, автомобилестроение, химическая промышленность, судостроение и, естественно, банковское дело, начали быстро складываться компании-монополисты. В те годы они контролировались своими магнатами, с именами которых ассоциировались все успехи корпорации. Эти люди, давшие историкам бизнеса богатейший материал о нравах в кругу предпринимателей тех далеких лет и способах борьбы за место на Олимпе бизнеса, по-прежнему, остаются для многих, кто стремится посвятить себя своему собственному делу, легендарными основателями и столпами рыночной экономики. Отдавая дань умению и воле этих людей, капитализм золотыми буквами вбил в свою летопись имена основателей семейств Фордов, Вандербильтов, Хантингтонов, Гопкинсов, Крокеров, Дрю, Гарриманов, Карнеги, Морганов, Рокфеллеров, Дюпонов, Джанини, Итонов и др. Интересно, что все они представители Америки, где большой бизнес начал развиваться хоть и с опозданием по сравнению с Европой, но очень быстро обошел ее по темпам роста и достигнутой мощи.

Мы не будем много говорить о прошлом, о том, какие перипетии пережил большой бизнес Запада за свою более чем столетнюю историю. Нам валено узнать, что он представляет собой сегодня, как организован, с какими проблемами сталкивается и как их решает.

Корпорация, относящаяся к большому бизнесу, - это организация, включающая в свой состав немалое число людей. Персонал корпорации - это ее золотой фонд. Без людей - от уборщицы до высшего управляющего - корпорация ничто. Вместе с тем и люди, работающие в большой корпорации, становятся частью ее организма, сживаются с ней, делят ее успехи и тяготы. В конечном счете, когда становится все меньше и меньше крупных компаний, принадлежащих одному-двум лицам, когда акционерами компании являются десятки тысяч человек (включая и подавляющую часть персонала), корпорация становится средством обеспечения жизни не отдельных лиц, а огромной массы людей. Не зря во многих корпорациях основное кредо их социальной организации: "Отдай всё корпорации, и она не забудет тебя!"

Так, у четвертой корпорации мира "Интернэшнл бизнес мэшинз" ("ИБМ") количество работающих составляет 360 тыс. человек. Причем акции "ИБМ" принадлежат всем ее рабочим и служащим; нет ни одного владельца акциями "ИБМ", который бы имел их количество, позволяющее ему претендовать на личное управление корпорацией. Это говорит о том, что большой бизнес все более становится общественным по своему характеру. А это предполагает, кстати, заинтересованность каждого работника в успехе и поддержании престижа продукции корпорации. Например, на той же "ИБМ" вы можете оказаться в положении человека, квалификация которого становится не соответствующей потребности корпорации. Однако вы работу не потеряете, так как на "ИБМ" существует хорошо отлаженная система переподготовки кадров. В то же время стоит вам хоть раз переступить через напыщенную фразу: "ИБМ" означает обслуживание!" - вы тут же вылетите с работы. Все, как видим, направлено на преданность корпорации.

ИБМ - означает обслуживание
ИБМ - означает обслуживание

В свою очередь, руководство крупными компаниями огромное внимание уделяет культивированию особого духа преданности у коллектива корпорации. При формировании ценностей фирмы главным становится не организация работы по улучшению составления документов и всякого рода отчетности, не количественные показатели роста, а ясно провозглашенные общие принципы, лозунги, мифы и истории из прошлого фирмы. Руководство фирмой стремится воспитать у персонала веру в общие цели, в превосходство над служащими других компаний, веру в людей как личностей, способных добиваться высшего качества обслуживания запросов заказчиков, а также осознание того, что большинство членов организации должны быть новаторами. Отдельно в корпорации воспитывается дух приоритетности неформальных отношений в общении, который ориентирует всю "команду" корпорации на экономический рост и прибыль, на выдвижение последних на высшие целевые горизонты. Среди менеджеров крупных корпораций, пожалуй, нет ни одного, кто бы не хотел добиться веры в то, что их организация лучшая в мире. Для них незыблема аксиома: "Чувство гордости творит чудеса!"

Все члены современной большой корпорации сцеплены, как пальцы в кулаке. Это позволяет корпорации браться за реализацию многомиллионных проектов, производить через систему своих филиалов несколько сотен, а бывает и тысячи, видов продукции. Все работают как отлично отлаженный механизм. И немалая, если не основная, заслуга в этом - воспитанное у служащих корпорации чувство единства, своеобразной обреченности коллектива на победу трудностей.

Масштабы деятельности лидеров большого бизнеса граничат с фантастикой. Только годовые продажи первых десяти крупнейших американских корпораций превышают 500 млрд. долл. Это почти половина валового продукта, который производит сегодня экономика Советского Союза. Пытливому уму молодого человека, наверное, интересно будет узнать, кто из корпораций и в каких отраслях является на современный момент экономическим мотором и лидером Запада. Секрета держать не будем, вот они.

В одной из наиболее наукоемких отраслей - авиаракетно-космической промышленности лидируют с большим отрывом от конкурентов американские корпорации "Юнайтед технолоджиз", "Боинг", "Макдоннел-Дуглас", "Рокуэлл интернэшнл", "Дженерал Дайнэмикс", "Локхид", "Сигнал компаниз", "Мартин Мариетта". Только на 9-м месте - английская "Бритиш аэроспейс", а на 11-м - французская "Аэроспасьяль".

Кстати, советую читателю запомнить эти корпорации, как и нижеследующие, так как культура предпринимателя в немалой степени определяется свободным оперированием названиями хотя бы ведущих компаний мира, знанием их принадлежности к отраслям специализации.

В автомобильной промышленности подавляющая часть производства и сбыта автомобилей сконцентрирована в руках небольшого числа монополий-корпораций из США, Японии, ФРГ, Франции, Италии и Великобритании. Хотя Япония к началу 90-х гг. и обогнала США по общему годовому выпуску автомобилей, все же ее компаниям до таких грандов американского автомобилестроения, как "Дженерал Моторс" и "Форд", еще далеко. Названные компании вместе выпускают в год более 12 млн. штук автомобилей и по праву занимают первые два места в списке главных гигантов современного автомобилестроения. За ними идут японские компании "Тоёта Мотор" и "Ниссан", активно экспортирующие свои автомобили во многие страны мира. За ними расположилась фирма ФРГ "Фольксвагенверк", после которой следуют два автомобильных столпа Франции - "Рено" и "Пежо". Заключают десятку быстро набирающая динамизм американская фирма "Крайслер" и итальянская компания "Фиат".

В нефтяном частном бизнесе лидируют "Экссон" (США) и "Ройял датч-Шелл групп" (Великобритания, Нидерланды). Далее следуют одни американские компании, рекламные вывески которых красуются на бензоколонках практически всех стран мира, где автомобиль прочно завоевал сердца населения. Это - "Тексако", "Шеврон", "Мобил", "Сокал", "Амоко".

Лидерство
Лидерство

Гораздо слабее лидерство США выражено в списке главных корпораций пищевой промышленности. Больше всего в мире продуктов питания производят нидерландская фирма "Юнилевер" и швейцарская "Нестле". Рядом с ними по показателям держится английская корпорация "Бат индастриз". Ну а дальше? Дальше сплошь американские фирмы "Рейнолдс индастриз, Р. Дж.", "Дарт энд Крафт", "Филип Моррис" (которая производит не только хорошо известные в мире сигареты, но и напитки, замороженные продукты, упаковочные средства), "Беатрис компаниз", "Дженерал фудз", "Пепсико", "Кока-кола", "Консолидейтед фудз". В конце 1989 г. шанс стать крупнейшей корпорацией мира в области производства пищевых продуктов, кормов, готовых завтраков получила американская компания "Набиско", которая была куплена одним из выдающихся американских специалистов по поглощению прибыльных компаний за 24 млрд. долл. За такие деньги при умелом руководстве можно развернуть дела покрупнее, чем у "Нестле" и "Юнилевер".

Резкое обострение конкуренции между монополистическими гигантами радиоэлектронной и электротехнической промышленности в 80-х гг. хотя и потеснило заметно позиции американских фирм, но оставило их пока на первых двух местах. Лидеры - "Интернэшнл Бизнес мэшинз" и "Дженерал электрик" достаточно далеко оторвались от ближайших конкурентов. Но вот перемещения среди других восьми мест идут с неослабевающей интенсивностью. Пока в гонке за лидерами на первых ролях находятся электронные монстры Японии "Мацусита электрик индастриэл", "Хитати", "Тосиба", "НЕК", "Саньё электрик", "Мицубиси электрик", "Кэнон". В то же время не собираются сдаваться без боя нидерландская компания "Филипс", немецкая "Сименс", лидер французской микроэлектроники "Компании женераль д'элекриситэ". В дверь лидеров уже стучится и быстрорастущая южнокорейская компания "Самсун труп".

Прекрасно сознавая, что будущее мировой экономики будет связано прежде всего с микроэлектронной техникой, старые и авторитетные американские фирмы этой сферы провели в 80-х гг. значительную модернизацию своих заводов и технологических процессов; привлекли к разработке новых видов микроэлектронных приборов и элементов к ним перспективных, нестандартно мыслящих инженеров и исследователей. На сегодняшний день такие мощные фирмы США, недавно стоявшие в авангарде микроэлектронной революции, как "Хьюлетт - Паккард", "Литтон индастриз", "Вестингауз электрик", "ИТТ", "Рейтеон", "Сперри", "Моторолла", "Барроуз", "Диджитал экуипмент", готовы к бескомпромиссной борьбе с конкурентами из Европы и Японии за микроэлектронный рынок и прибыли, которые он сулит в ближайшем будущем.

В черной металлургии на вершину Олимпа еще в конце 70-х гг. поднялась японская корпорация "Ниппон стил". Американская компания "Юнайтед Стейтс стил" отошла на 2-е место, чутко прореагировав на прогрессирующую в США тенденцию к значительному сокращению потребления в производстве чугуна и стали. Да и вся металлургия США в целом в 80-х гг. занималась не поиском путей увеличения производства, а совершенствованием методов выплавки высококачественных легированных сталей. Поэтому вторая по размерам американская стальная корпорация - "Бетлехем стил" - всего лишь замыкает десятку ведущих компаний мира. А грандами в ней являются еще три японские компании "Ниппон кокан", "Сумитомо метал индастриз", "Кавасаки стил", английская фирма "Бритиш стил", итальянская корпорация "Фиксидер", бразильская "Сидербраз".

Вот и познакомились с теми, кто правит бал в ведущих отраслях мировой капиталистической промышленности. Компания, прямо скажем, очень представительная и состоит из фирм, давно зарекомендовавших себя в качестве отличных производителей и надежных партнеров по сделкам. Читая отчеты об этих фирмах, может показаться, что их "планида" - постоянный успех, что неудачи или трудности здесь просто отсутствуют. Впрочем, если задуматься над главным вопросом рачительного предпринимателя: "Почему?" - ответ можно найти. Большому бизнесу как воздух необходима видимость благополучия дел. Ворочая огромными делами и деньгами, он попадает в порочный круг зависимости от мнения потребителя. Достаточно потребителю чуть засомневаться в надежности положения той или иной компании, в гарантиях качества ее продукции, как расплата следует незамедлительно: огромные массы товаров корпорации могут в мгновение ока остаться нереализованными. А это... Это банкротство либо в лучшем случае долговая зависимость от "выручившего" в трудную минуту банка.

Стремление избежать привязки к потребителю одного-двух товаров заставляет большой бизнес искать механизмы страховки от тупиковых ситуаций. Одним из таких механизмов стало создание экстрагигантских промышленных и торговых образований, получивших название "конгломераты". Те, кто использует статистику, говоря словами английского писателя Эндрю Ланга, как пьяный - фонарный столб: не для освещения, а для того, чтобы удержаться на ногах, в свое время раскритиковали конгломераты на Западе в пух и прах. С аргументацией, правда, у критиков было не все в порядке; да и конгломераты они знали лишь понаслышке: на работу их туда не приглашали. Конгломераты же благополучно пережили критику, и оказалось, что они являются наиболее эффективной формой существования крупного бизнеса.

В чем идея конгломерата? В том, что под его эгидой собираются компании из самых различных отраслей, не связанных между собой ни технологически, ни финансово. В центре - одно общее управление (для непосвященного - нескладной структуры), а вокруг - компании, производящие то, что они считают наиболее рациональным. Выгода при этом состоит в следующем: если компания, скажем, химической отрасли прогорает, то весь конгломерат - нет, так как другие компании перекрывают убытки. Прибыль конгломерат может черпать (и, скажем, немалую) и от выгодной перепродажи приобретенных ранее разнородных компаний. Это же бизнес! Выгодно продать компанию - продавай, если в ней нуждается тот, кто предлагает хорошую цену!

Об эффективности конгломератной формы бизнеса говорит реальность атмосферы предпринимательства США в 70-80-х гг. Из 25 компаний, входящих в список 500 ведущих в американской экономике и давших наибольшие дивиденды держателям акций в 1970-1987 гг., 15 оказались конгломератами. Особенно эффективны и конкурентоспособны конгломераты как суперобразование бизнеса в период снижения курса национальной валюты. Почему? А потому, что, когда валюта дешевеет, компании имеют отличный шанс увеличивать свой экспорт, получая так называемые неценовые преимущества.

Покажем это на простом примере. Скажем, сегодня вы продали из США в Японию товаров на 10 тыс. иен, которые эквивалентны 50 долл. Но через месяц, продав на такую же сумму в Японию свои товары, вы за них получите в США уже 100 долл., так как американская валюта подешевела против иены в 2 раза. Таким образом, только за счет разницы в курсе валют вы увеличиваете объем вашего кошелька сразу вдвое. Памятуя о том, что конгломераты, как правило, собирают под своей эгидой конкурентоспособные компании, не трудно понять, почему их эффективность и рентабельность растут в периоды снижения курса национальной валюты.

Немаловажна черта деятельности конгломератов - их стремление к переоснащению современной техникой и передовыми управленческими схемами приобретаемых компаний. Такая перестройка идет в конгломеративной структуре постоянно. Американские руководители конгломератов говорят, что перестройка деятельности их компаний не должна выглядеть как мимолетное явление; она должна быть постоянной частью реакции компании на изменение рыночной ситуации и рыночных цен. Что прокламируется? Вон из практики хозяйствования застой и косность; главное в деятельности - гибкость, оперативность, способность к быстрой модернизации!

предыдущая главасодержаниеследующая глава








© Злыгостев А.С., 2001-2019
При использовании материалов сайта активная ссылка обязательна:
http://economics-lib.ru/ 'Библиотека по истории экономики'
Рейтинг@Mail.ru