Глава четвертая. Возникновение и развитие западноевропейского меркантилизма

Рост производительных сил вызывал разложение феодального строя и возникновение капитализма.

Мелкое товарное производство, ранее обслуживавшее феодальное хозяйство, послужило экономической основой для возникновения и развития буржуазных отношений.

Огромную роль в этом историческом процессе сыграли насильственные моменты, совокупность которых Маркс назвал "первоначальным накоплением капитала". Они были связаны прежде всего с экспроприацией крестьянства и накоплением денежных средств, главным образом за пределами Европы.

Этому накоплению денежного богатства предшествовали великие географические открытия, необходимость которых коренилась в возрастающей потребности в деньгах, обусловленной разложением феодализма: "золото - вот чего первым делом требовал белый, как только он ступал на вновь открытый берег^*".

^* (Ф. Энгельс, О разложении феодализма и развитии буржуазии, К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. XVI, ч. 1, стр. 442.)

Вновь открытые страны, превращенные в колонии, явились неисчерпаемым кладезем обогащения буржуазии. Сосредоточение в руках буржуазии громадных денежных сумм было обусловлено открытием в этих странах новых приисков, ограблением туземного населения под видом торговли, сочетавшимся с прямым грабежом, торговлей чернокожими, а также резким падением реальной заработной платы, вызванным революцией цен на континенте.

Накопленные путем грабежа и насилия денежные богатства превращались в метрополии в капитал, поскольку им противостояли массы экспроприированного крестьянства, вынужденного продавать свою рабочую силу.

Великие географические открытия явились переломным этапом в развитии капитализма.

Маркс установил, что переход от феодального способа производства к капитализму совершается двояким образом. Производитель становится купцом, а затем промышленным капиталистом. Или же купец непосредственно подчиняет себе производство^*.

^* (См. К. Маркс, Капитал, т. III, стр. 346. )

Для Западной Европы большую роль в переходе к капитализму сыграл второй путь. Что же касается эволюции промышленника в купца, а последнего в промышленного капиталиста, то она совершалась чрезвычайно медленно и "... не соответствовала торговым потребностям нового мирового рынка, созданного великими открытиями конца XV века^*".

^* (К. Маркс, Капитал, т. I, стр. 753. )

Возникновение мирового рынка потребовало крупного производства, в связи с чем углубляется общественное разделение труда, развивается внутренняя купеческая торговля и усиливается принимавший разнообразные формы процесс превращения купца в промышленного капиталиста.

Во-первых, в результате ввоза купцами из-за границы сырья и рабочих возникают новые отрасли промышленности^*.

^* (См. К. Маркс, Капитал, т. III, стр. 348.)

Во-вторых, превращение купца в промышленного капиталиста происходило в крупных цехах, занимавшихся окончательной отделкой продукта и расположенных около морских гаваней.

В-третьих, торговый капитал, тесно связанный с внешним рынком, подчинял себе мелкое производство путем раздачи сырья. Так, например, в юго-западных графствах Англии, во Фландрии, в Германии (город Герлиц) купцы снабжали ремесленников шерстью, а сукно вывозили на европейские рынки^*.

^* (См. Манту, Промышленная революция XVIII ст. в Англии, 1925, стр. 30-31; Стоклицкая-Терешкович, Очерки по истории немецкого города в XIV-XV вв., АН СССР, 1936, стр. 92; И. Кулишер, История народного хозяйства Западной Европы, т. II, стр, 110. )

Этому внедрению торгового капитала в мелкое производство содействовало разложение крепостного строя (Англия, Франция). XVI век ознаменовался на Западе наступлением эры капиталистического способа производства, потребовавшего экспроприации крестьянства в широких размерах.

Новые отрасли промышленности создавались в форме мануфактуры, возникновение которой влекло за собой образование новых городов и упадок ярмарочной торговли.

Зарождение капитализма сопровождалось изменением классовой структуры общества, определявшей новые содержание и формы классовой борьбы, и образованием централизованного государства.

Итак, для экономического и общественно-политического развития Западной Европы огромное значение имели великие географические открытия, которые "...составляют один из главных моментов, содействовавших переходу феодального способа производства в капиталистический^*", так как они дали неслыханный до тех пор толчок торговле, мореплаванию, промышленности.

^* (К. Маркс, Капитал, т. III, стр. 345. )

Торговая буржуазия, занимавшая до XVIII века преимущественное положение по сравнению с промышленной буржуазией, являлась носительницей новых, буржуазных отношений, а тем самым и новой идеологии, известной под названием гуманизма^*.

^* (Гуманизм происходит от латинского слова "Гомо" - человек)

Гуманизм представлял собой идеологическое оружие борьбы буржуазии против феодализма и был первым снарядом, пущенным ею по одному из его бастионов - средневековой схоластике.

Гуманисты широко использовали античную философию Аристотеля, но в отличие от канонистов приспосабливали ее к защите светских интересов, связанных с развитием товарно-денежных отношений.

Они отвергали церковную мистику, догматику и первое место отводили разуму, подчеркивая невежественность схоластов^*.

^* (Так, например, Гуго Гроций писал, что схоласты жили в "лишенные истинного просвещения времена". ("О праве войны и мира", "Пролегомены", М. 1948, стр. 26.) )

Крупнейшие представители естественного права XVI-XVII веков (Ж. Боден, Б. Спиноза, Г, Гроций, Т. Гоббс и другие) признавали бога как причину мира, но отвергали его в качестве силы, произвольно вмешивающейся в реальный ход вещей, в котором они усматривали действие естественных законов, представляющих собой в свою очередь разумно понятое естественное право. Они, говоря словами Маркса, стали рассматривать государство человеческими глазами и выводить его естественные законы из разума и опыта, а не из теологии^*.

^* (См. К. Маркс и Ф. Энгельс, О религии, стр. 27. )

По учению гуманистов активная деятельность разума вносила в естественное право конкретное социальное содержание, сводя его к естественному закону, предписывающему защищать свободное распоряжение частной (буржуазной) собственностью.

Естественные законы могли реализоваться только через гражданские законы. Для установления этих законов и проведения их в жизнь необходима самодержавная власть, независимая от духовной власти, т. е. церкви. При этом гуманисты защиту абсолютной монархии связывали с идеей о регулирующей роли государства в хозяйственной жизни страны, развивая так называемые "государственно-хозяйственные" теории (Макиавелли, Гоббс, Пуффендорф, Христиан Вольф, Боден, Дюбо и др.).

Таким образом, гуманисты велй борьбу против экономической основы феодализма, а вместе с тем и против раздробленности и несамостоятельности политической власти, защищаемых церковью. Они считали разумной и естественной буржуазную собственность, охраняемую централизованной государственной властью, за которой признавалось право активного вмешательства в хозяйственную жизнь страны в целях развития буржуазных отношений.

Экономической идеологией буржуазии был меркантилизм^*.

^* (Термин "меркантилизм" был введен А. Смитом. Он происходит от латинского глагола mercari - торговать. Отсюда итальянское - mercante - торговец, купец и английское - mercantile - торговый. )

Разложение патриархального, натурального уклада жизни, развитие внешней и внутренней торговли выдвигали перед торговой буржуазией необходимость внедрить в практику целый ряд экономических мероприятий и дать им теоретическое обоснование.

Впервые появляются специально экономические произведения, которые кладут начало новой науке - политической экономии.

Следовательно, политическая экономия зародилась в качестве буржуазной науки.

Маркс выяснил, что меркантилизм был первой школой буржуазной политической экономии.

Меркантилизм непосредственно выражал интересы торговой буржуазии эпохи первоначального накопления капитала.

В качестве первой школы буржуазной политической экономии меркантилизм представлял собой попытку теоретического обоснования системы экономической политики, отстаиваемой практиками - купцами.

Как единство теории и практики меркантилизм в целом характеризуется двумя основными чертами:

1. Богатство отождествляется с деньгами. Меркантилисты не понимали связи денег с товаром, и поэтому в такой наивной форме они противопоставляли богатство в виде меновой стоимости (товара) богатству как совокупности потребительных стоимостей.

То государство считалось богаче, которое имеет больше денег. Отсюда стремление к накоплению денежного богатства.

2. Накопление денежного богатства осуществляется с помощью королевской власти, которая начинает все больше и больше испытывать необходимость в деньгах как для усиления армии, так и для обеспечения блеска своего двора.

В связи с этим государство проводит соответствующую экономическую политику, а также участвует в торговых войнах, морском разбое, ограблении колоний и тому подобных насилиях, предпринимаемых торговым капиталом.

Меркантилизм не оставался неизменным на всем протяжении своего существования. Поэтому меркантилизм следует изучать в его эволюции, происходившей в связи с эволюцией торговой буржуазии. Мы познакомимся сначала с меркантилизмом как системой экономической политики, а затем перейдем к выяснению меркантилистической теории.

Первая ступень развития меркантилизма известна под названием раннего меркантилизма.

Его важнейшими представителями являются Стаффорд, Меляйнс (Англия), Де-Сантис (Италия) и другие.

Ранний меркантилизм возникает до великих географических открытий и изживает себя примерно к середине XVI века.

Именно в этот период торговая буржуазия энергично поддерживает короля в его борьбе против сепаратизма крупных феодалов. Начало союза купцов с королем относится еще к X веку. Торговая буржуазия была экономически заинтересована в устранении феодальных перегородок, а также в безопасности торговых путей, и поэтому она поддерживала короля, стремившегося к централизации власти. Король же в свою очередь был заинтересован в укреплении торговой буржуазии: с развитием мировой торговли он все менее и менее мог основывать свое могущество на земельной собственности. У него усилилась потребность в деньгах для содержания армии и двора, - а деньги были у купцов. Эта растущая потребность в деньгах и заставляла королевскую власть вступать в своего рода компанию с быстро развивающейся буржуазией. Однако между дворянской властью и буржуазией происходили многочисленные конфликты, обусловленные различием классовых интересов. Вот почему короли, одерживая победу, пользовались тем, что буржуазия была еще слаба, и подчиняли себе своего союзника.

Внешняя торговля в этот период стояла еще на невысоком уровне, что объясняется недостаточным развитием отечественного производства и посреднической торговли.

В этих условиях дворянское правительство, заботясь исключительно о наполнении казны, проводит фискальную экономическую политику. Оно продает за деньги торговые привилегии, вводит вывозные пошлины, тормозящие развитие отечественной промышленности, предоставляет различные льготы иностранным купцам и главным образом ввезенной из-за границы промышленности.

Несмотря на фискальный характер экономической политики, буржуазия в этот период была заинтересована в ней, так как на рынок поступали большие суммы денег, которые являлись главным предметом спекуляции купцов.

Интересы, отстаиваемые в этот период торговой буржуазией, отчетливо сформулировал один из наиболее видных представителей раннего меркантилизма - Стаффорд (Англия): "все, что приобретается у нас от торговли с иностранцами, уходит от нас навсегда (имеется в виду уплата денег за ввозимые товары.-Л. М.), напротив, все, что мы, англичане, приобретаем друг у друга, остается дома, внутри страны".

Центральным пунктом произведений раннего меркантилизма являлась система "денежного баланса", которая защищала политику, направленную на увеличение денежного богатства чисто законодательным путем.

Главные мероприятия государства состояли в следующем:

1. Запрещался вывоз денег за границу, так как в обращении находилось ничтожное количество золота и серебра. Торговля валютой была объявлена государственной монополией.

2. В целях привлечения денег из-за границы иностранцы обязаны были все денежные суммы, вырученные от продажи своих товаров, истратить на покупку местных изделий (так называемый закон об истрачении монеты).

Чтобы лучше осуществлять контроль над торговыми сделками, иностранцам отводились специальные помещения и им разрешалось торговать только в заранее установленных, так называемых складочных местах. В складочные места в XIV веке английские торговцы доставляли шерсть, кожи, олово, жесть и другие товары, взамен которых получали большей частью мануфактурные изделия. Для того чтобы обеспечить от этой торговли накопление денег, были учреждены особые корпорации, наблюдавшие за правильностью сбора пошлин, которые взимались при вывозе шерсти' и следившие за тем, чтобы при покупке туземных изделий часть уплачиваемых денег состояла из иностранной монеты или металла^*.

^* (См. Янжул, Английская свободная торговля, стр. 6.)

Кроме того, правительство практиковало понижение вексельного курса - обесценение своей валюты путем порчи монеты. Считалось, что в результате этого иностранцы за то же количество национальной монеты смогут приобретать больше товаров, и поэтому они будут заинтересованы свои деньги перечеканивать в туземные.

Ранний меркантилизм получил название монетарной системы. Его представители еще смутно представляли даже непосредственную связь между торговлей и денежным обращением.

По образной характеристике Энгельса "нации стояли друг против друга, как скряги, обхватив обеими руками дорогой им денежный мешок, с завистью и подозрительностью озираясь на своих соседей^*".

^* (Ф. Энгельс, Наброски к критике политической экономии, К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 1, стр. 544. )

Во второй половине XVI века возникает поздний меркантилизм, достигший расцвета в середине XVII века.

Его важнейшими представителями являются Томас Мэн^* (Англия), Антонио Серра (Италия), Монкретьен (Франция) и другие.

^* (Произведение Томаса Мэна Маркс назвал евангелием меркантилизма. Это было первое произведение, направленное против монетарной системы.

)

В этот период в связи с последствиями великих географических открытий значительно возрастает экономическая мощь торговой буржуазии и завершается процесс образования абсолютистских государств^*.

^* (Окончательная ликвидация феодальной раздробленности начинается с конца XV века и продолжается весь XVI век. )

Дворянское государство становится в известной степени заинтересованным в развитии буржуазных отношений. Оно оказывает содействие этому процессу, до тех пор пока новые отношения не начинают угрожать его существованию.

Ввиду этого экономическая политика, носившая фискальный характер, сменяется политикой протекционизма.

По-прежнему в накоплении денег усматривают рост богатства страны. Однако в отличие от фискальной политики государство при помощи протекционизма стремится обеспечить накопление денежных средств путем поощрения национальной промышленности и национальной торговли, а также захвата внешних рынков и с этой целью проводит регламентацию внешней торговли.

Центральным пунктом позднего (развитого) меркантилизма является "система торгового баланса", отстаивавшая экономическую политику протекционизма.

В отличие от "системы денежного баланса" "система торгового баланса" предусматривала накопление денежного богатства путем превышения вывоза над ввозом (активный торговый баланс). Считали, что, чем больше эта разница, тем богаче становится государство, так как в стране увеличивается сумма наличных денег, хотя при этом уменьшается количество материальных благ.

"...Мы должны, - поучал Мэн, - постоянно соблюдать следующее правило: продавать иностранцам ежегодно на большую сумму, чем мы покупаем у них^*".

^* (Т. Мэн, Богатство Англии во внешней торговле, Сб? "Меркантилизм", Соцэкгиз, 1935, стр. 155.)

Признавалось два способа обеспечения активного торгового баланса.

Во-первых, за счет вывоза изделий своей страны по формуле T₁ - Д - Т₂, где T₁ > T₂. При этом допускался вывоз только готовых, товаров, так как от их продажи выручается больше денег, чем от вывоза сырья, а также запрещался ввоз предметов роскоши, требующих значительных затрат.

Во-вторых, и это было главное, при помощи посреднической торговли, совершаемой по формуле Д₁ - Т - Д₂. А чтобы Д₂ было больше До выдвигали принцип "дешевле покупать в одной стране и дороже продавать в другой". При этом признавали необходимым только меньшую часть купленных товаров оставлять в своей стране, а большую экспортировать. "Все товары, которые ввозятся для вывоза в другие страны, - писал Мэн, - не наносят ущерба, но выгодны государству".

Для поощрения вывоза практиковался ряд мер.

Во-первых, возврат пошлин. При вывозе товаров местного происхождения государство возвращало полностью или частично ранее уплаченную ему капиталистом сумму налога или акциза, а при реэкспорте товара - пошлину, полученную при его ввозе.

Во-вторых, правительство заключало с иностранными государствами договоры, предусматривающие монопольную или беспошлинную в них торговлю и тем самым обеспечивало получение большей выгоды на этих рынках при продаже товаров своей страны по сравнению с продажей товаров, ввезенных из других стран. С этой же целью осуществлялся захват колоний.

В-третьих, государство выдавало премии для организации предприятий, производящих товары, которые пользовались большим спросом на внешнем рынке.

Что касается регулирования ввоза, то правительство либо вводило очень высокие (запретительные) пошлины, либо же импорт нежелательных товаров запрещался законом.

Так, например, английское правительство установило в 1692 г. на все французские товары пошлину в размере 25% их стоимости, в то время как на товары, ввозимые из других стран, пошлина не превышала, как правило, 5%^*.

^* (См. А. Смит, Исследование о природе и причинах богатства народов, т. Г1, Соцэкгиз, 1935, стр. 47. )

В связи с развитием посреднической торговли, которой отводилась главная роль в накоплении золота и серебра, вместо запрещения вывоза денег за границу считали выгодным их вывоз.

Таким образом, в период позднего меркантилизма экономическая политика ставит накопление денежного богатства в непосредственную связь с торговлей. Для развития же последней, как только что говорилось, поощрялся рост тех мануфактур, которые изготовляли предметы экспорта. Вот почему Маркс охарактеризовал поздний меркантилизм как коммерческую, или мануфактурную, систему в отличие от раннего меркантилизма, охарактеризованного им как монетарная система.

Следовательно, говоря словами Энгельса, "это были все те же (как и у ранних меркантилистов, подчеркнуто нами. - Л. М.) старая жадность к деньгам и корыстолюбие", но только "алчный характер торговли был уже несколько замаскирован⁸".

^* (Ф. Энгельс, Наброски к критике политической экономии, К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 1, стр. 545. )

В Англии зарождение системы развитого меркантилизма относится к середине XVI века.

В 1552 г. король Эдуард VI опубликовал декрет, отменявший привилегии ганзейских купцов. "...Вольности и свободы, - говорилось в декрете, - на которые претендовали купцы с Ганзейского двора, впредь берутся королем обратно^*".

^* ("Хрестоматия по социально-экономической истории Западной Европы нового времени", под ред. П. Волгина, стр. 239. )

После отмены привилегий иностранным купцам начинается быстрый рост, особенно при королеве Елизавете (1558-1603), новых акционерных компаний. Число наиболее крупных компаний в период с 1553 по 1720 г. достигло 720. Системе денежного баланса был нанесен последний удар в XVII веке навигационными актами, среди которых первое место занимает, безусловно, навигационный акт Кромвеля (1661). Вот почему Маркс утверждение в Англии системы развитого меркантилизма относит к середине XVII века и связывает его с "Законами о мореплавании и колониальными монополиями".

Усилившаяся английская буржуазия еще в конце XVI века выдвигает лозунг "free trade", под которым она имеет в виду предоставление права каждому отдельному лицу, не входящему в монополию, заниматься торговлей и промышленной деятельностью, признавая, однако, при этом необходимость сохранения государственной регламентации хозяйственной жизни страны. Реализация лозунга "free trade" должна была обеспечить, по мнению меркантилистов, наиболее эффективное осуществление системы торгового баланса.

Мы выяснили сущность меркантилизма как системы экономической политики. Обратимся теперь к лежащей в ее основе меркантилистической теории.

В начале главы мы указывали, что Маркс охарактеризовал меркантилизм как первую школу буржуазной политической экономии.

Прежде всего следует отметить, что в произведениях меркантилистов впервые дается определение политической экономии как особой науки. Опираясь на свою практику, меркантилисты рассматривают политическую экономию как науку о торговом балансе и в связи с этим считают, что ее задачей является выяснение разнообразных способов для наиболее эффективного достижения активного характера этого баланса^*. Они, следовательно, с циничным откровением подчеркивали алчную сущность нарождающегося буржуазного способа производства.

Указанное понимание задач политической экономии было тесно связано с методологией меркантилистов, которая отличает их от античных авторов и канонистов.

^* (Совсем еще в духе меркантилистов писал Берри (1728-1797): "увеличивать возможно более число продавцов всех товаров, уменьшать возможно более число покупателей - таков основной вопрос, к которому сводятся все меры политической экономии". (Цит. по К. MapKCi Капитал, т. I, стр. НО, прим.)

В отличие от мыслителей рабовладельческого строя и средневековых схоластов, защищавших натуральное хозяйство и отрицательно относившихся к денежному богатству, меркантилисты выступили ревностными поборниками последнего.

Они ратовали за развитие крупной торговли, стремились обеспечить присвоение наибольшей прибыли путем неэквивалентного обмена и были заинтересованы в расширении ссудных операций, но на новой, капиталистической основе.

Канонисты, а отчасти и античные авторы придерживались нормативного метода, с помощью которого они стремились доказать незыблемость натурального хозяйства, рассматривая присущие ему экономические явления как отвечающие этическим нормам поведения людей.

Что же касается меркантилистов, то они не ставили перед собой задачу выяснить, какими должны быть экономические категории. Олицетворяя нарождавшиеся буржуазные отношения, меркантилисты исходили из буржуазной действительности. Они уже не могли удовлетвориться компромиссным отношением к ней, подобно канонистам, а стремились всемерно содействовать ее развитию.

Однако меркантилистическая система в качестве первой теоретической разработки буржуазного способа производства характеризуется незрелостью метода. Она ограничивает рассмотрение экономических явлений сферой обращения, беря их "в том виде, как они обособились в движении торгового (курсив мой. - Л. М.) капитала..." (Маркс).

Это объясняется главным образом тем, что торговый капитал в период возникновения капитализма оказывал "преобладающее влияние" в феодальном производстве, ускоряя его разложение.

В силу этого меркантилисты вместо выяснения причины явлений занимаются их описанием. У меркантилистов нет еще системы взглядов. В их произведениях содержатся высказывания по отдельным вопросам, имеющим непосредственно практический интерес. За государством признается самодовлеющая роль в регулировании экономических явлений.

Вот почему меркантилизм по существу не является еще буржуазной научной политической экономией, а представляет собой ее предысторию.

Маркс разъяснил, что буржуазная "политическая экономия... в качестве самостоятельной науки возникает лишь в мануфактурный период^*...". Это означает, что при изучении экономических явлений буржуазного общества за исходный пункт вместо обращения берется производство и признается объективность экономических законов. А так как в основе этих законов лежит капиталистическая собственность на средства производства, то в связи с этим буржуазные экономисты, начиная с мануфактурной стадии капитализма, провозглашают принцип невмешательства государства в хозяйственную жизнь страны.

^* (К. Маркс, Капитал, т. I, стр. 372.)

Из методологии меркантилизма вытекал взгляд меркантилистов на отдельные экономические категории.

Выше мы видели, что меркантилистическая политика не оставалась одинаковой. Она совершала эволюцию в связи с эволюцией торгового капитала, содействовавшего развитию капиталистической промышленности.

Вот почему методология и экономические воззрения поздних меркантилистов отличаются от методологии и экономических воззрений ранних меркантилистов большей зрелостью.

Представители монетарной и мануфактурной систем приписывали исключительную роль политическому фактору в регулировании экономических явлений. Так, например, С. Фортрей (1622-1681) сосредоточение государственной власти в руках монарха доказывал необходимостью того, "чтобы общественное благо находилось в руках единой силы, интерес которой заключается в благе всех^*". Однако авторы развитого меркантилизма вместе с тем стремятся установить, хотя и весьма ограниченную, причинную связь между отдельными экономическими явлениями.

^* (С. Фортрей, Выгода и благосостояние Англии, Сб. "Меркантилизм", стр. 188. )

Все меркантилисты отождествляли богатство с деньгами, но для ранних меркантилистов богатство непосредственно воплощается в золоте и серебре как вещи. Для них еще почти совершенно не существует связи денег с какой бы то ни было экономической деятельностью людей.

Представители развитой системы меркантилизма накопление денежного богатства связывают уже с коммерческой и мануфактурной деятельностью. Поэтому они под богатством понимают избыток продуктов, остающийся после удовлетворения потребностей страны, и который на внешнем рынке превращается в деньги. "Чтобы жить хорошо, - говорит Мэн, - процветать и богатеть, мы должны найти способы продавать наши избытки".

Таким образом, для поздних меркантилистов богатство - это избыток меновой стоимости над потреблением, который обязательно должен принять денежную форму. Следовательно, и представители мануфактурной системы были в плену иллюзий, что богатство создается вывозом, а не производством. Для них мерилом общественного богатства являлся торговый баланс. Тем не менее в понимании ими богатства уже в зародышевом виде содержится неосознанная мысль о балансе производства и потребления как мериле общественного богатства. Это следует из того, что у представителей мануфактурной системы накопление денег предполагает увеличение избытка, остающегося за вычетом из общественного продукта части, идущей на личное и производительное потребление.

Более зрелый взгляд мы находим у поздних меркантилистов и на функции денег.

Развитие капитализма на его начальной стадии тормозилось недостатком денег. В связи с этим ранние меркантилисты рассматривают деньги как орудие для развития производительных сил и придают исключительное значение их функции накопления сокровищ. Вот почему ранние меркантилисты требуют запрещения вывоза денег за границу.

Что касается представителей позднего меркантилизма, то они, как мы видели, накопление денег в стране ставят в зависимость от торговли, а торговлю - от состояния промышленности. "Деньги, - пишет Мэн, - порождают торговлю, а торговля увеличивает деньги". В свою очередь "торговля должна быть обширной и страна богатой" там, где "...ремесла процветают^*". Следовательно, для поздних меркантилистов деньги не только орудие развития производительных сил, но и результат обращения.

^* (Т. Мэн, Богатство Англии во внешней торговле, Сб. "Меркан тилизм", стр. 160. )

Это позволяет им рассматривать деньги и в качестве сокровища и в качестве средства обращения.

Мы видим, что представители мануфактурной системы обнаруживают более зрелое понимание причинной связи экономических явлений и делают попытку установить их внутреннюю зависимость. Отсюда поздние меркантилисты приходили к важному практическому выводу: они отстаивали посредническую торговлю и в противоположность своим предшественникам решительно требовали отмены всякого запрещения вывоза денег. Но за этим практическим требованием скрывалось нечто большее. Будучи сторонниками обращения денег по формуле Д - Т - Д', поздние меркантилисты по существу признавали за деньгами функцию капитала. Но так как торговый капитал в рассматриваемую эпоху являлся господствующей формой капитала, то поэтому меркантилисты последний отождествляли с деньгами.

Мэн разъяснял, что королевство, как и частные лица, увеличивает свой капитал "...непрерывным и упорядоченным обменом денег на товары и товаров на деньги^*...".

^* (Т. Мэн, Богатство Англии во внешней торговле, Сб. "Меркантилизм", стр. 163. )

Меркантилисты, отождествляя богатство с деньгами, игнорировали проблему товара, его стоимости.

Меновую стоимость они мыслили только в виде денег и поэтому переносили, как мы видели, центр тяжести на эквивалентную форму товара, которая свое законченное выражение находит в деньгах.

По их мнению, товар имеет стоимость потому, что он покупается на деньги. Величина стоимости товара объясняется тем, что за данный товар дают столько-то денег.

Но так как меркантилисты обходили проблему товара, его стоимости, то они не могли объяснить стоимости и самих денег.

Ранние меркантилисты, рассматривая деньги просто как вещь, объясняли их стоимость как ест