Библиотека по истории экономики Библиотека по истории экономики

Новость
Библиотека
Юмор
Ссылки
О сайте









предыдущая главасодержаниеследующая глава

Глава первая. Экономические учения рабовладельческого общества

Рабовладельческий строй представляет собой первую классовую общественно-экономическую формацию.

На Востоке рабство зародилось в конце четвертого тысячелетия до нашей эры. В классической форме рабство, известное под названием античного, существовало з древней Греции и в древнем Риме. Античное рабство охватывает период с начала первого тысячелетия до нашей эры по IV век н. э., достигнув расцвета в V веке до н. э.

Основными классами античного мира были рабы и рабовладельцы. Основой производственных отношений рабовладельческого строя являлась собственность рабовладельцев на средства производства и на работника производства - раба. Рабовладелец был полным собственником раба, которого он покупал, продавал и мог даже убить.

Эксплуатация в античном обществе осуществлялась путем внеэкономического принуждения к труду.

Кроме рабов и рабовладельцев в античном обществе существовали классы мелких производителей (крестьян и ремесленников) и купцов. За счет массового разорения крестьянства рос люмпен-пролетариат, который жил в городах.

Экономика античного общества носила натуральный характер.

Вся история античного общества заполнена ожесточенной борьбой, происходившей прежде всего между двумя основными классами: рабовладельцами и рабами.

В классовом обществе господствующей идеологией является идеология господствующего класса.

В древней Греции крупнейшими идеологами класса рабовладельцев были философы Ксенофонт, Платон и Аристотель.

Они защищали натуральное хозяйство, основанное на эксплуатации рабов. Деление общества на рабов и рабовладельцев античные авторы рассматривали как естественное явление. Философы презрительно относились к физическому труду. Это объясняется тем, что рабство являлось господствующей формой производства и физическим трудом занимались преимущественно рабы, которых античные мыслители приравнивали к орудиям производства*.

* (Римский ученый Варрон Марк Теренций (116-27 гг. дон. э.) различал три вида орудий труда: немые (повозки и пр.), полунемые (скот) и одаренные голосом (рабы).)

Они уделяли также внимание товарно-денежным отношениям, которые уже в то время играли большую роль. Однако к оценке товарно-денежных отношений авторы подходили с точки зрения интересов натурального хозяйства. Этим объясняется их положительное отношение к простому товарному обращению и борьба против торгового и ростовщического капитала, подрывавшего натуральную экономику. Вместе с тем, как будет показано ниже, стремясь использовать товарно-денежные отношения в интересах натурального хозяйства, философы нередко высказывали о них противоречивые суждения.

Ксенофонт (прибл. 430-354 гг. до н. э.)* родился в Афинах в богатой семье. Мировоззрение его формировалось в условиях роста реакции (конец V начало IV века до н. э.), под влиянием антидемократических взглядов его учителя Сократа. Ксенофонт являлся ярым противником афинской демократии. Принимая участие в борьбе, происходившей между Спартой и Афинами, он перешел на сторону аристократической Спарты. По своим экономическим воззрениям Ксенофонт является ревностным защитником натурального хозяйства, основанного на труде рабов.

* (До нас дошло пятнадцать произведений Ксенофонта. Самым полным изданием на русском языке являются сочинения Ксенофонта в пяти выпусках, переведенные с греческого языка Г. А. Янчевецким (Ревель 1895 г.). )

Хозяйство Ксенофонт характеризует как совокупность полезных вещей, потребительных стоимостей. "...Хозяйство... есть все без исключения имущество, а имуществом

каждого мы назвали то, что полезно ему в жизни, а полезное, как мы нашли, - это все, чем человек умеет пользоваться"*.

* (Ксенофонт Афинский, Сократические сочинения, Академия, 1935, стр. 271.)

По Ксенофонту хозяйственная деятельность заключается в создании потребительных стоимостей. Поэтому он восхваляет господствовавшее тогда земледелие, так как именно посредством земледелия "люди добывают себе все, что нужно для жизни". Он указывает, что почти всякая деятельность угасает там, где земля пустует или плохо обрабатывается. Исходя из этих соображений, философ приходит к выводу, что "земледелие - мать и кормилица всех профессий"*.

* (Там же, стр. 269, 271. )

Ксенофонт дает подробные советы по рациональному ведению земледелия, уделяет внимание вопросам качества почвы, методов ее обработки, говорит о правилах посева и уборки урожая и т. п.

Восхваление Ксенофонтом сельского хозяйства также отражало презрительное отношение рабовладельцев к физическому труду, которому они противопоставляли занятие по управлению рабами.

Ксенофонт разъяснял, что командовать трудом рабов в сельском хозяйстве "...легко научиться", а пребывание при этом на воздухе "...очень приятно" и "...делает тело очень красивым и сильным*...".

* (Там же, стр. 271)

На основании этого Ксенофонт, выражая мнение класса рабовладельцев, высказывал отрицательное отношение к ремесленной деятельности. Он называл ее "зазорным делом*".

* (4 Другой греческий автор - Плутарх писал: "Часто мы восторгаемся результатами работы, но относимся с презрением к ремесленникам". Следует отметить, что ремеслом наряду с рабами занимались свободные, не имевшие политических прав (например, чужеземцы ). )

Таким образом, превознесение Ксенофонтом сельского хозяйства носило ярко выраженный классовый характер, который лежит в основе всех его дальнейших рассуждений.

Ксенофонт высказывает интересную мысль, что вести правильно хозяйство - это значит "обогащать хозяйство".

Под обогащением философ понимал получение "излишка", остающегося за вычетом всех расходов и прежде всего - по "содержанию" рабов. Он пояснял, что наличие "излишка" обеспечивает "умножение богатства".

Следовательно, говоря о необходимости обогащения хозяйства, Ксенофонт по существу имел в виду получение прибавочного продукта в увеличивающихся размерах.

Ксенофонт как идеолог рабовладельцев старался помочь им в наиболее эффективной эксплуатации рабов, так как интерес к выжиманию прибавочного продукта все более и более возрастал по мере развития товарно-денежных отношений и морской торговли.

С этой целью Ксенофонт наряду с советами о рациональном ведении земледелия давал подробные наставления о том, как нужно обращаться с рабами. Ксенофонт учил рабовладельцев вести себя так, чтобы рабы "беспрекословно и навсегда оставались рабами". Он считал, что для этого с ними очень полезно поступать, как с животными. Кормить их следует в такой мере, в какой это необходимо для того, чтобы они не заболели от голода, а за проявление послушания давать им прибавку. Обращение с рабами должно быть суровое, заставляющее их трепетать при виде хозяина. Таким способом, заключает Ксенофонт, "можно многого добиться от них".

С экономической точки зрения все рассуждения Ксенофонта о рабах, о необходимости минимального удовлетворения их потребностей означали, что обогащение рабовладельческих хозяйств он усматривал не только в росте прибавочного, но и в присвоении значительной части необходимого продукта.

Маркс отметил, что Ксенофонт первый из древнегреческих писателей обратил внимание на разделение труда - одну из важнейших экономических проблем. Однако Маркс при этом указал, что, будучи защитником натурального хозяйства, Ксенофонт, а за ним и все другие античные мыслители рассматривали разделение труда преимущественно с точки зрения его влияния на потребительную стоимость, а не на меновую. Его интересует разделение труда не с точки зрения удешевления продукта, а только как условие увеличения массы потребительных стоимостей и улучшения их качества. В этом смысле философ весьма положительно расценивал разделение труда. Он рекомендовал расчленять процесс изготовления вещей между большим количеством работников, подчеркивая, что при этом условии каждый продукт будет изготовлен "с замечательным совершенством".

Экономика Греции со второй половины V века до начала IV века до н. э. переживала период расцвета. В земледельческой Спарте стали развиваться промышленность, торговля, кредит. Рабовладельцы стремились использовать развитие товарно-денежных отношений для укрепления своего натурального хозяйства.

Это стремление нашло отражение в рассуждениях Ксенофонта. Он обнаружил непоследовательность при защите натурального хозяйства. Маркс указал на наличие у Ксенофонта "буржуазного инстинкта". Ксенофонт, рассматривающий разделение труда с точки зрения защиты им натурального хозяйства, вместе с тем подмечает его значение для развития товарного обращения. Он сосредоточивает внимание на связи между разделением труда и размерами рынка. Философ указывает, что в небольших городах одни и те же лица делают "и постели, и двери, и плуги, и столы" и даже строят дома. Тем не менее они все же не имеют достаточного количества заказчиков, чтобы содержать себя.

Иное дело крупные города, где существует большой спрос. Здесь каждому работнику достаточно знать одно ремесло, и даже "не целое ремесло", чтобы обеспечить себе пропитание.

Мы видим, что Ксенофонт, являясь защитником замкнутого хозяйства, высказывается в то же время в пользу общественного разделения труда. Он отдает предпочтение большим городам перед малонаселенными и уделяет внимание ремеслу, хотя и относится к нему с презрением.

Буржуазный инстинкт Ксенофонта, далее, проявляется в том, что наряду с указанным двояким пониманием разделения труда Ксенофонт различает и двоякое назначение вещи. Он первый говорит о меновой стоимости продукта наряду с его потребительной стоимостью.

Ксенофонт категорически заявляет, что "ценность (потребительная.- Л. М.) есть то, от чего можно получать пользу*". Вместе с тем Ксенофонт отмечает, что ценность вещи может заключаться в ее способности обмениваться на другую вещь: "...для того, кто не умеет пользоваться флейтой, если он продает ее, она - ценность, а если не продает, а владеет ею, - не ценность... потому что она совершенно бесполезна**". Ксенофонт здесь по существу подчеркивает и то, что товар служит потребительной стоимостью для его владельца лишь в качестве меновой стоимости.

* (Ксенофонт Афинский, Сократические сочинения, стр. 253. )

** (Ксенофонт Афинский, Сократические сочинения, стр. 253. )

Ксенофонт уделяет внимание вопросам цены и денег. Но у него не было и не могло еще быть проблемы стоимости. Поэтому к цене и деньгам он подходит чисто эмпирически. Философ не понимал и в силу исторических условий не мог понять, что лежит в основе пропорции обмена, и ошибочно объяснял цену спросом и предложением. Его заслуга, однако, состоит в том, что он первый правильно подошел к выяснению механизма колебания цен и его влияния на перераспределение труда. Ксенофонт писал, что когда производится много меди или железа, то эти товары падают в цене, а владельцы "от дешевизны их изделий... разоряются"*. При избытке плодов земледелия оно оказывается бесполезным, "многие бросают" его "и обращаются к торговле, корчемству, ростовщичеству" **.

* (Ксенофонт, Доходы города Афин, Сочинения Ксенофонта в пяти выпусках, переведенные с греческого Г. А. Янчевецюим, вып. 5, Ревель 1895, стр. 185.)

** (Там же)

Как защитник натурального хозяйства, Ксенофонт за деньгами признает только две функции: средства обращения и накопления сокровищ. Значение последней функции он усматривает в том, что сокровища всегда можно превратить в любые предметы потребления. Философ именно в этом видит преимущество деятельности по добыче серебра перед каким-либо ремеслом. Это единственная область, в которой "новый предприниматель не внушает зависти старым", т. е. где не угрожает конкуренция. Пояснение Ксенофонтом последнего положения сводится по существу к тому, что серебро как денежный материал в отличие от других товаров никогда не может быть в избытке. "В самом деле, - пишет он, - когда приобретено столько утвари, сколько нужно для хозяйства, редко прикупают еще; напротив, денег никто не имеет столько, чтобы не желать иметь их еще больше... мужчины хотят покупать красивое оружие, добрых коней, великолепные дома и обстановку; женщинам нужны наряды и золотые украшения", а в неурожайные или военные годы "деньги необходимы для приобретения продовольствия и для найма вспомогательных войск*".

* (Цит. по К. Маркс, К критике политической экономии, Господлитиздат, 1953, стр. 135, прим. 1.)

Ксенофонт здесь правильно подметил в деньгах эквивалентную форму товара, но он был очень далек от понимания ее обусловленности тем, что часть продуктов производилась в качестве товара.

Ксенофонт в своих рассуждениях о функциях денег по существу выходит за рамки натурального хозяйства. Он положительно высказывается относительно обращения денег в качестве капитала.

Мы видели, что Ксенофонт проявлял особую заботу об увеличении прибавочного продукта (излишка). Имея в виду замкнутое рабовладельческое хозяйство, он рассматривал прибавочный продукт в качестве избытка массы продуктов над потреблением. Ксенофонт подчеркивал, что излишек должен добываться "честным путем", т. е. создаваться в земледелии, а его назначение - удовлетворять потребности государства и помогать представителям своего класса "...родной город украшать и друзьям облегчать нужду...".

Однако наряду с этими высказываниями у Ксенофонта имеется нечто противоположное.

Советуя увеличивать богатство, он усматривал его также в "добывании денег" и к богатым относил людей, "получающих прибыль" и имеющих "большой капитал".

Величину присваиваемой прибыли Ксенофонт ставил в зависимость от производительности труда. Он учил, что та работа "прибыльнее", которая исполняется "скорее и легче", так как при этом условии денежный приход будет "перевешивать" значительно расход.

Это наставление Ксенофонта было неосуществимо в силу абсолютной незаинтересованности раба в повышении производительности труда.

Платон (427-347 гг. до н. э.) родился в афинской аристократической семье. 'По своему мировоззрению он был крупнейшим представителем античного "объективного" идеализма и ярым врагом материализма. Платон считал, что мир идей является первичным и неизменным и своим источником имеет "Идею" с большой буквы (бога), а мир чувственных вещей представляет собой ее порождение.

Платон подобно Ксенофонту защищал интересы крупных рабовладельцев и ненавидел афинскую демократию.

Платон стал развивать свою деятельность после окончания Пелопонесской войны, в результате которой экономика Греции IV века переживала кризис, сопровождавшийся резким обострением классовой борьбы между рабами и рабовладельцами. Международные отношения в первую половину IV века характеризуются непрерывными войнами между греческими государствами за установление гегемонии в Греции, продолжавшимися вплоть до возникновения новой политической силы - Македонии.

(Эта война (431-404 гг. до н. э.) происходила в основном между Афинами и Спартой и закончилась победой последней.)

В этих условиях Платон поставил перед собой задачи упрочить положение аристократии и обеспечить наиболее полное осуществление ее интересов.

Он написал книгу под названием "Политика или государство", в которой рисует новое идеальное государство, наделяя его утопическими чертами.

Платон стремится выяснить причины слабости современных ему государств. В этой связи он впервые высказывает мысль о том, что государство состоит из двух наций, т. е. делится на классы: "...В нем всегда есть два взаимно враждебных города: один город бедных, другой - богатых*..." . Тем не менее в идеальном государстве Платона сохраняется деление общества на классы, которые он лишь несколько видоизменяет. Это объясняется тем, что Платон, связывая деление общества на классы с общественным разделением труда, не понимал исторической обусловленности последнего. Платон не догадывался, что существовавшее разделение труда и Деление общества на классы были обусловлены частной собственностью на средства производства, отсутствовавшей в первобытном обществе. Он рассматривал то и другое как природные явления. Философ объяснял разделение труда в обществе тем, что каждый человек имеет разносторонние потребности, но обладает от рождения односторонними дарованиями. "Каждый из нас, - заявлял он, - рождается... от личным по своей природе, и назначается для совершения известной работы", которую должен выполнять "всю жизнь**". Для того чтобы в идеальном государстве люди жили как "братья", им, по мнению Платона, нужно внушать, что одни от рождения "способны начальствовать", другие быть "земледельцами и прочими мастеровыми***" . При этом философ утверждал, что физический труд является естественным занятием низших классов, а умственную и военную деятельность природа закрепила за аристократией. Опираясь на эти соображения, Платон стремился доказать, что деление на классы представляет собой естественное состояние общества.

* (Платон, Соч., изд. 2, ч. III, Спб. 1863, стр. 208. )

** (Платон, Соч., изд. 2, ч. III, стр. 116-117, 123. )

*** (Там же, стр. 193. )

Рассматривая общественное разделение труда в качестве естественного явления, философ, подобно Ксенофонту, его значение в идеальном государстве усматривает только в том, что оно позволяет каждую вещь производить лучше и в большем количестве. "Точка зрения потребительной стоимости, - пишет Маркс, - господствует... у Платона, который видит в разделении труда основу распадения общества на сословия*...".

* (К. Маркс, Капитал, т. I, 1955, стр. 374. )

Вместе с тем Платон считал, что государство должно основываться на земледелии и производить "все необходимое". Следовательно, он не понимал, что эта защита автаркии земледельческого государства противоречила его глубоким, для того времени, рассуждениям о пользе разделения труда между "земледельцами" и "мастеровыми", которое он в другом месте рассматривал в качестве основы строения государства.

В идеальном государстве Платона имеет место и обмен. Последний для философа представляет также естественное явление, поскольку Платон выводит его из неправильно понятого им разделения труда, ошибочно объясняя его природными особенностями людей. Но при этом Платон высказывает более глубокие мысли, чем Ксенофонт, о связи между разделением труда и обменом.

Платон указывает, что торговля необходима потому, что она обслуживает разделение труда внутри города и между городами. Но, чтобы торговля могла успешно совершаться, нужно, во-первых, производить "...не только в достаточном количестве для себя, но делать запас (курсив мой. - Л. М.) такой и в таком роде, какой и в каком он требуется для городов, имеющих в том нужду*". Во-вторых, необходим класс купцов. В противном случае производителям нужно будет "оставить свое мастерство" и "сидеть "а площади" (торговой), так как для совершения купли-продажи требуется известное время. Наконец, в-третьих, для торговли необходимы деньги. Таким образом, Платон, хотя и не понимал исторической обусловленности рассматриваемых им экономических явлений, намечал по существу объективную причинную связь между разделением труда, торговлей, деньгами и выделением класса купцов. На основании этого Маркс подчеркивал, что изложение Платоном вопроса о разделении труда как естественной основы города является гениальным для того времени.

* (Платон, Соч , изд. 2, ч. III, стр. 118. )

Платон уделяет специальное внимание деньгам и торговле, но считает, что их назначение состоит только в том, чтобы обслуживать разделение труда, т. е. удовлетворение потребностей.

Платон не понимал сущности денег. Поэтому, вместо того чтобы проанализировать разнообразные функции денег, он, подходя к вопросу идеалистически, признавал одни функции и отвергал другие и в результате искажал природу денег.

Им признавались две функции денег: мерила стоимости и средства обращения. При этом, по его мнению, внутри страны "деньги должны служить только (Курсив мой. - Л. М.) для ежедневного обмена*". Он считал, что использование денег помимо их функции средства обращения является одной из причин неустроенности современного государства, так как излишество их производит вражду и возмущение.

* ("Платоновы разговоры о законах", перевод с греческого В. Оболенского, М. 1827, стр. 194.)

В связи с этим философ отрицательно относился к функции денег в качестве сокровища. Платон в отличие от Ксенофонта эту функцию денег рассматривал как накапливаемый денежный капитал и называл "грязными" тех людей, которые "из всего выжимают прибыль, выковывают сокровище".

По этим же соображениям Платон требовал запрещения купли-продажи в кредит, т. е. предлагал упразднить функцию денег как средства платежа.

Сведение разнообразных функций денег к одной из них - средству обращения - приводило Платона к ошибочным суждениям о сущности денег.

Как известно, в указанной функции деньги могут не обладать стоимостью. Это проявляется прежде всего в том, что вследствие снашивания монеты в процессе обращения ее номинальная стоимость становится выше субстанциональной стоимости, но тем не менее монета продолжает обращаться как полноценная.

Указанное явление уже в древнем мире служило основанием для порчи золотой монеты, что приводило фактически к ее ликвидации. Золотой, весивший 7 г при Домициане (I век н. э.), при Деции (III век, первая половина) весил только 3,95-4,98 г. В 267 г. встречалась "золотая" монета, не содержавшая золота. Она заключала в себе 17,28%. серебра, 82,07% меди и 0,65% олова*. Платон первый из древних писателей, которые могли наблюдать только металлические деньги, обратил внимание на то, что золотая монета в процессе обращения выступает как символ. Но он допускал грубую ошибку, утверждая, что монета внутри страны - это только "знак для обмена". Вместе с тем философ по существу высказывал мысль, что деньги придуманы людьми**, т. е. закладывал тем самым основу будущей номиналистической теории.

* (См. А. Ранович, Первоисточники но истории раннего христианства, М. 1933, стр. 93; см. также А. К. Дживелегов, Торговля на Западе в средние века, Спб. 1904, стр. 11. )

* (См. Платон, Соч., т. VI, М. 1879, стр. 120 )

Платон противопоставлял внутреннему рынку внешний и подчеркивал, что монета, ценная для туземцев, не будет иметь никакого значения "для остальных людей". Поэтому он считал необходимым, чтобы для расчетов с иностранцами была принята общая эллинская монета (полноценная), т. е. представляющая, по-видимому, собой всеобщее мерило стоимости. Этим можно объяснить его требование, чтобы всякое частное лицо по возвращении из-за границы сдавало иностранные деньги в обмен на местные "по расчету", или, другими словами, по существующему курсу.

Перейдем к торговле.

В своем идеальном государстве Платон сохраняет класс купцов, хотя и в несколько преобразованном виде. Дело в том, что к существовавшей в то время торговле он относился отрицательно. Платон считал всякую торговлю как мелкую, так и крупную, постыдным занятием, поскольку огромное большинство торговцев забывает основное назначение торговли и вместо того, чтобы извлекать умеренную прибыль, "предпочитает ненасытную прибыль". Поэтому он требовал, чтобы в идеальном государстве закон устанавливал для торговых операций соотношение "между приходом и расходом" и в связи с этим обеспечивал получение "соразмерной прибыли". Следовательно, философ, признавая за деньгами (внутри страны) только одну функцию - средства обращения, в то же время допускал, хотя с известным ограничением, обращение денег в качестве капитала по формуле Д - Т - Д'. Вопрос же об источнике прибыли и ее количественной обусловленности остался философом нерешенным.

Самым решительным образом Платон выступал против ростовщичества. Он не выяснял объективной необходимости ссудных операций, поэтому в начертанном идеальном государстве им предусматривается закон, по которому "запрещалось также закладывать что-либо в обеспечение верности или отдавать деньги в проценты: в последнем случае всякий имеет право не платить ни процентов, ни капитала"*.

* ("Платоновы разговоры о законах", перевод с греческого В, Оболенского, стр. 195.)

Платон защищает замкнутое натуральное хозяйство, основанное на эксплуатации труда рабов и мелких собственников. Он требует, чтобы "в государстве не было ни золота, ни серебра", а также большой наживы путем ремесл и процентов и "чрезмерного скотоводства".

Доходы должны доставляться только земледелием, которое он рассматривал в качестве единственного "честного" источника "добывания средств".

Вследствие этого Платон предлагает ввести регламентацию промышленности и торговли. Он до некоторой степени предвосхищает то, что было сделано в этом отношении в средние века. Промышленность он предлагает организовать в форме, несколько напоминающей средневековые цехи, а для торговли - нормировать цены, вменяя в обязанность "законоблюстителям" строго следить "за соблюдением утвержденных цен".

В законодательной практике это требование получило осуществление в нормировании цен, продолжавшемся и в Риме*.

* (Особенно полно оно отражено в эдикте римского императора Диоклетиана (284-305), установившем максимальные цены во всем государстве, за несоблюдение которых виновный подлежал смертной казни.)

Платон, заботясь о сохранении автаркии, ведя борьбу против накопления денежного богатства, был противником внешней торговли. Он стремился "воспрепятствовать" вывозу и ввозу и для этого считал необходимым обеспечивать определенный уровень производства, соответствующий потребностям страны.

Правда, он требовал общей, эллинской монеты, о чем мы говорили выше, но в то же время считал, что она должна служить только для оплаты военных расходов и путешествий "в иные государства".

Наблюдая обострение классовой борьбы, Платон видел, что она угрожала существованию рабовладельческого государства. В связи с этим он в своей утопии об идеальном государстве проповедует "коммунизм". "Коммунизм" Платона ничего общего не имеет с научным коммунизмом. Платоновский "коммунизм" - это средство увековечить господство аристократии.

В идеальном государстве, рисуемом Платоном, в его книге "Политика или государство" население делится на три класса- сословия.

К первому сословию относятся философы. Их функции заключаются в управлении государством. Они должны отличаться мудростью, для этого им необходимо, по мысли Платона, усвоить платоновскую философию.

Свое классовое государство правители сохраняют при помощи воинов - стражей государства. Воины составляют второе сословие. Они образуют государственный аппарат угнетения. Воины должны обладать хорошими знаниями и быть мужественными. Чтобы воины лучше выполняли свои функции, Платон разработал для них целую систему воспитания и образования.

К третьему сословию Платон относит земледельцев и ремесленников. Все они могут иметь "собственную землю, дома и деньги". К этому сословию Платон относился с большим презрением, так как оно образует "чернь" и его значение "маловажнее других классов". Больше того, он утверждал, что если стражи будут переходить в третье сословие, а представители третьего сословия - во второе, то город (государство) неминуемо разрушится. Назначение третьего сословия, по его мнению, состоит в том, чтобы обеспечить полное довольство первых двух сословий; и поэтому государство должно потребовать, чтобы люди третьего сословия были скромны и умеренны в удовлетворении личных потребностей.

С презрением Платон относился и к беднякам, называя их "трутнями", но вместе с тем он заверял, что "нищих совсем не будет в государстве". Платон был свидетелем происходившего особенно интенсивно после Пелопонесской войны процесса разорения массы мелких производителей, которые превращались в люмпен-пролетариат, выступавший на стороне рабов против рабовладельцев. Поэтому он стремился предотвратить в государстве будущего расслоение на бедных и богатых внутри третьего сословия и считал для этого необходимым запретить куплю-продажу земельных наделов. Размер земельных наделов должен был определяться законом.

Рабов Платон не включал в третье сословие, так как не считал их гражданами, и сравнивал с "вьючными животными". Наряду с мелкими производителями рабы в идеальном государстве Платона должны были обеспечивать неограниченное удовлетворение потребностей первых двух сословий.

Платон, однако, был очень обеспокоен крупными выступлениями рабов совместно с беднотой*, для того чтобы можно было рабами "пользоваться как угодно", он разъяснял, что они "не должны быть между собою соотечественниками", т. е. по существу выдвигал принцип "разделяй и властвуй", который с этого времени стал лозунгом всех эксплуататоров.

* (Революция в 392 г. до н. э. в Коринфе, сопровождавшаяся резней богачей, восстание в Аргосе в 371 г. до н. э., во время которого были избиты 1500 богачей, и другие выступления угнетенных. )

Платоновский "коммунизм" распространяется только на первые два сословия. Платон считал недопустимым для этих сословий иметь не только частную, но и личную собственность: "никто из них не должен иметь никакой собственности... ни у кого из них не должно быть ни жилья, ни такой кладовой, в которую не мог бы войти всякий желающий*". Представители первых двух сословий "должны ходить в артельные столовые, как бы целым лагерем, и жить сообща**". При соблюдении этих условий, по утверждению Платона, в их среде не будет раздора и они смогут наилучшим образом выполнять свои функции, возвышаясь над эксплуатируемым сословием.

* (Платон, Соч., изд. 2, ч. III, стр. 195. )

* (Там же. )

По этим же соображениям Платон требовал для воинов общности жен и детей, а в целях обеспечения "чистой породы стражей" - предоставить право первому сословию строго регламентировать союз мужчин и женщин.

Среди этих вульгарных высказываний Платона, считавшего необходимым уничтожение семьи, проскальзывает мысль, заслуживающая внимания. Он требовал для класса воинов полного равенства в общественном положении мужчин и женщин. Он подчеркивал, что "силы природы равно разлиты в обоих живых существах", а поэтому "по природе всем делам причастна и женщина, всем и мужчина*...".

* (Там же, стр. 258.)

Таким образом, "коммунизм" Платона, во-первых, является аристократическим, так как он охватывает только высшие классы; во-вторых, - это потребительский коммунизм, потому что он не распространяется на средства производства, а предполагает для этих классов обобществление лишь средств потребления за счет эксплуатации третьего сословия и рабов.

Платон своим "коммунизмом" стремился увековечить деление общества на эксплуататоров и эксплуатируемых, закрепить навечно отделение умственного труда от физического. Он заявлял, что в новом государстве нужно "предоставлять каждому сословию ту меру счастья, какую которому позволяет получать его природа*".

* (Там же, стр. 206. Платон подчеркивал, что, "касается ли дело приобретения денег, или попечения о теле, или совещаний о чем- нибудь политическом либо частном, - во всех случаях действие справедливое (справедливый человек. - Л. М.) одобряет и называет хорошим, когда им поддерживается это отношение родов...", т. е. существование трех сословий. (Там же, стр. 240))

Маркс, характеризуя идеальное государство Платона, писал: "Поскольку в республике Платона разделение труда является основным принципом строения государства, она представляет собою лишь афинскую идеализацию египетского кастового строя*..."

* (К. Маркс, Капитал, т. I, стр. 374-375. )

Буржуазия впоследствии стала использовать вульгарные идеи "коммунизма" Платона в борьбе против научного коммунизма Маркса - Энгельса, для защиты своих классовых интересов.

Буржуазия выступила с клеветой против научного коммунизма, обвиняя его, в частности, в требовании уничтожить семью и "ввести общность жен*"; немецкие фашисты, отстаивая направленную против человечества расовую теорию, в духе идеи Платона о необходимости создания "чистой породы" воинов требовали чистоты арийской расы и занимались принудительной стерилизацией неугодной им части населения; буржуазия в борьбе с трудящимися широко использует предложение Платона о разжигании национальной розни между рабами; наконец, идеологи империализма развивают в настоящее время теорию естественной необходимости войн, которую выдвинул не кто иной, как Платон**.

* (К. Маркс и Ф. Энгельс, Манифест Коммунистической партии, К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 4, стр. 443, 444. )

** (Действительно, "куда только не запрячется платонизм!" (К. Маркс, Капитал, т. I, стр. 374. прим. 80). )

Экономические воззрения мыслителей древней Греции достигли своего наивысшего развития в произведениях Аристотеля - самого крупного идеолога рабовладельцев, названного Марксом Александром Македонским греческой философии.

Аристотель (384-322 гг. до н. э.) родился во Фракии,- большую часть жизни прожил в Афинах. Он рос в семье придворного врача и очень рано стал изучать естественные науки, оказавшие большое влияние на формирование его мировоззрения.

Аристотель был учеником Платона. Тем не менее он подвергает критике его учение об идеях, по которому идеи представляют собой не отражение реальной действительности, а какой-то самостоятельный сверхчувственный, потусторонний мир. Аристотель признавал реальность внешнего мира. Он считал, что идея и вещь неразрывны.

Из всех древнегреческих философов Аристотель обнаружил наиболее глубокое диалектическое понимание действительности.

Однако он не мог освободиться от идеалистических взглядов своего учителя и верил в существование какой-то абстрактной, нематериальной формы (идеи - бога), которая является творческим началом всякой материи.

Таким образом, Аристотель колебался между идеализмом и материализмом. В конечном счете он становился на позицию идеализма.

В. И. Ленин, сравнивая философию Аристотеля с философией Платона, писал: "Конечно, это - идеализм, но он объективнее и отдаленнее, общее, чем идеализм Платона, а потому в натурфилософии чаще - материализму*".

* (В. И. Ленин, Философские тетради, Госполитиздат, 1947, стр. 264.)

Идеалистическими являются взгляды Аристотеля и на государство, которое, по его мнению, представляет собой воплощение естественных, природных свойств людей, стремящихся к "совместному сожительству". А так как Аристотель имел в виду рабовладельческое государство, то поэтому "...рабское хозяйство он рассматривал как не преходящее*".

* (К. Маркс, Замечания на книгу Адольфа Вагнера, К. Маркс и. Ф. Энгельс, Соч., т. XV, стр. 457. )

Аристотель, подобно Платону, связывает рабство с разделением труда как естественным явлением; он считает, что рабы - это те люди, которые от природы могут выполнять только физическую работу, а свободные - это люди, которые "неспособны для выполнения подобного рода работ*".

* (Аристотель, Политика, М. 1911, стр. 14 )

Аристотель высказывает и другие мысли о рабстве. Он указывает, что рабом можно стать по закону. Однако отсюда было бы ошибочным заключить, что Аристотель является также сторонником теории правового рабства в ее чистом виде. Он стремится примирить теорию правового рабства с теорией естественного рабства и подчеркивает, что в данном случае вопрос также "сводится лишь к исследованию рабства по природе*". Это означает, что по закону рабом может стать лишь тот, кто по своей природе раб, т. е. способен только к физическому труду.

* (Там же, стр. 16. )

К рабам от природы Аристотель относил племена завоевателей, но не греков. Он настаивал на том, "чтобы рабами назывались не греки, но только варвары", и поэтому считал законным превращение последних в рабов.

В другом месте Аристотель пишет: "Если бы ткацкие челноки сами ткали, а плектры сами играли на кифаре, то тогда и зодчие, при постройке дома, не нуждались бы в рабочих, а господам не нужны были бы рабы*".

* (Аристотель, Политика, стр. 11.)

И здесь Аристотель также стремился доказать незыблемость рабства; он не допускал и не мог допустить такого роста производительных сил, при котором рабство было бы ненужным и невозможным. Философ был ярым приверженцем натурального хозяйства, основанного на труде рабов.

Аристотель подчеркивал презрительное отношение к физическому труду и подобно своему учителю - Платону рабов не считал гражданами. Он откровенно заявлял, что "гражданская добродетель ... подходит только к тем, кто избавлен от работ, необходимых для насущного пропитания". Аристотель рабов приравнивал к вещам и указывал, что раб составляет часть богатства семейства.

К экономическим явлениям Аристотель подходит этически. Вместе с тем, колеблясь между идеализмом и материализмом, о чем мы говорили выше, философ стремился по существу выяснить объективную закономерность явлений*.

* (Это ярко проявляется в его рассуждениях об экономике и хрематистике (см. настоящую работу, стр. 26 и далее) )

Идеалом хозяйствующего человека по Аристотелю является щедрый человек, который занимает "середину" между расточительным и скупым относительно раздачи и приобретения денег. Расточительный слишком много издерживает и слишком мало приобретает, - пишет он, - а скупой - слишком мало издерживает и слишком мало приобретает*.

* (См. Аристотель, Этика, Спб. 1908, стр. 61-66.)

Следовательно, Аристотель рассматривает щедрость, расточительность и скупость как различные формы использования богатства, присваиваемого в результате эксплуатации труда рабов. В лице щедрого Аристотель отстаивал представителей класса рабовладельцев среднего достатка. Философ считал, что укреплением класса рабовладельцев среднего достатка можно предотвратить разложение рабовладельческого хозяйства. Для этого нужно обеспечить при помощи государства справедливый обмен.

В рассуждениях Аристотеля о справедливом обмене, несмотря на ненаучный, этический характер постановки вопроса, содержится весьма глубокая для того времени мысль, отмеченная Марксом. Философ усматривал в справедливом обмене равенство разнородных вещей. "Гений Аристотеля, - писал Маркс, - обнаруживается именно в том, что в выражении стоимости товаров он открывает отношение равенства*".

* (К. Маркс, Капитал, т. I, стр. 66. )

Аристотель, однако, не мог найти, в чем заключается это равенство, т. е. "единство товаров, как меновых стоимостей". Он не понимал, что такое стоимость, и решал вопрос чисто эмпирически. Философ видел, что все товары, представляющие собой различные потребительные стоимости, обмениваются на деньги и тем самым получают возможность практически относиться друг к другу как меновые стоимости. Отсюда Аристотель приходил к ошибочному выводу, что товары становятся соизмеримыми между собой только благодаря деньгам. "...Деньги, - пишет он, - в качестве меры делают соизмеримыми все предметы и после этого уравнивают их". В действительности же не деньги делают товары соизмеримыми. Товары как стоимости представляют собой овеществленный человеческий труд и в силу этого являются соизмеримыми сами по себе. Поэтому все они и могут измерять свои стоимости посредством одного товара, который тем самым превращается в деньги.

Таким образом, Аристотель не мог понять, что в основе равенства товаров как стоимостей лежит специфически общественный труд, представляющий собой затрату рабочей силы в физиологическом смысле.

Для такого понимания нужен был не только диалектико-материалистический подход, но и необходимо было, чтобы товарная форма продукта труда приобрела господствующее значение. Только при этих условиях можно понять, что физиологически равный труд, воплощенный в вещах, принимает характер скрыто общественного (абстрактного) труда, который обнаруживается путем приравнивания в процессе обмена продуктов труда как стоимостей одинаковой величины.

Посмотрим теперь, как понимал Аристотель отдельные экономические категории и их взаимосвязи. Отметим прежде всего методологический принцип Аристотеля.

Рассматривая явления с точки зрения справедливости, Аристотель справедливым считал все то, что отвечает интересам натурального, рабовладельческого хозяйства. "Справедливость греков и римлян, - писал Энгельс, - находила справедливым рабство*..." в качестве естественного состояния общества.

* (Ф. Энгельс, К жилищному вопросу, К. Маркс и Ф. Энгельс, Избранные произведения в двух томах, т. I, Госполитиздат, 1955, стр. 577.)

В связи с этим Аристотель все явления хозяйственной жизни делит на естественные и противоестественные.

Естественные явления Аристотель относит к экономике, а противоестественные - к хрематистике*.

* (Хрематистика (греч.) - искусство делать деньги.)

Экономика имеет дело с натуральным хозяйством. Хрематистика рассматривает явления, выражающие товарно-денежные отношения, представляемые торговым и ростовщическим капиталом.

Этот дифференцированный подход к явлениям хозяйственной жизни Аристотель проводит прежде всего в своем рассуждении о богатстве.

Философ различает "истинное", или естественное, богатство и неестественное.

"Истинное богатство" состоит в накоплении "средств, необходимых для жизни и полезных для государственного или семейного общения*". Таким образом, истинное богатство - это совокупность потребительных стоимостей.

* (Аристотель, Политика, стр. 22.)

Под орудиями естественного богатства Аристотель понимает все то, что обеспечивает натуральный характер хозяйства. К ним относятся: кочевой и земледельческий быт, морской грабеж, рыбная ловля, охота, а также "военное искусство" приобретать рабов.

К неестественному богатству относится все то, что связано с искусством "наживать состояние" с помощью обращения. Таким образом, хрематистика имеет дело е денежным богатством, приобретаемым путем торговли и ростовщичества. Аристотель является противником хрематистики, так как цель ее не удовлетворение потребностей, а безграничное накопление денег.

Исходя из двоякого понимания богатства, Аристотель рассматривает продукт как товар и развивает по этому вопросу высказывания Ксенофонта.

Вслед за Ксенофонтом он разъясняет, что вещь имеет двоякое назначение: "обувью пользуются и для того, чтобы надевать ее на ногу, и для того, чтобы менять ее на что-либо другое*". По существу Аристотель здесь подобно Ксенофонту говорит о двух свойствах товара: о его потребительной стоимости и меновой стоимости.

* (Аристотель, Политика, стр. 23. )

Но Аристотель идет дальше Ксенофонта. Он впервые анализирует форму стоимости, т. е. выражение стоимости одного товара в потребительной стоимости любого другого товара, изображая это выражение в виде формулы: один дом = 5 кроватям.

Философ рассматривает меновую стоимость как равенство и соизмеримость вещей как стоимостей. Он, правда, как мы видели, не мог определить основы этого равенства вследствие непонимания сущности стоимости, которая представляет собой овеществленный, т. е. скрыто общественный (абстрактный) труд. Тем не менее Аристотель подметил особенность эквивалентной формы товара.

Аристотель, как указывает Маркс, обнаружил понимание того, что меновая стоимость товаров является зародышевой формой товарных цен; денежную форму стоимости он рассматривает как результат развития простой формы стоимости. Аристотель прослеживает развитие обмена, начиная с простой мены (Т - Т), и очень правильно разъясняет, что меновые отношения первоначально возникли между различными общинами (родовыми семьями по Аристотелю), а затем уже стали развиваться внутри последних.

Аристотель выясняет превращение Т - Т в обмен (Т - Д - Т) и хорошо объясняет, что деньгами стал товар, наиболее "удобный в обиходе". На основании этого философ приходит к заключению, что простая мена принципиально ничем не отличается от обмена товара на деньги. Он категорически заявляет, что нет никакой разницы в том, взять ли за дом пять кроватей или стоимость. пяти кроватей, т. е. определенную сумму денег.

Таким образом, говоря словами Маркса, "Аристотель понял деньги несравненно многостороннее и глубже, чем Платон", так как в отличие от последнего "он прекрасно объясняет, как из меновой торговли между различными общинами возникает необходимость придать характер денег специфическому товару, т. е. субстанции, которая сама по себе имеет стоимость*".

* (К. Маркс, К критике политической экономии, стр. 112, прим. 3.)

Тем не менее Аристотель не понимал исторической необходимости этой эволюции. Так как у философа отсутствовало даже понятие стоимости, он тем более не мог уяснить, что меновая стоимость представляет собой необходимую форму проявления скрывающейся в товаре стоимости. Поэтому Аристотель не понимал исторической необходимости денег. Он считал, что деньги в результате соглашения стали "всеобщим средством обмена" и поэтому "в нашей власти" сделать их "неупотребительными".

Огромное превосходство над своими предшественниками Аристотель обнаружил и в вопросе о функциях денег.

Рассматривая денежную форму товара как результат эволюции простой формы стоимости, философ тем самым, во-первых, правильно поставил вопрос о функции денег как мерила стоимости, во-вторых, сделал первый шаг на пути ее анализа.

Далее. Аристотель, останавливая свое внимание на богатстве, приобретаемом путем торговли, впервые проследил, как обмен (Т - Д - Т) превратился в использование денег в качестве средства обогащения (Д - Т - Д'). Это дало возможность Аристотелю открыть различие между указанными двумя формами обращения денег*.

* (См. Ф. Энгельс, Анти-Дюринг, Госполитиздат, 1953, стр. 216.)

Философ разъяснял, что в первом случае деньги относятся к экономике, так как они играют роль посредника при обмене потребительных стоимостей, т. е. выполняют функцию средства обращения. В качестве таковых деньги представляют собой не более как знак стоимости, установленный законом или обычаем, "являются условностью". Во втором же случае под видом экономики протаскивают хрематистику, так как в самих деньгах усматривают богатство. Поэтому в присвоении денег видят цель обращения, которая заключается в стремлении "увеличить их количество до бесконечности".

Аристотель подобно Платону накопление денег в качестве сокровища по существу рассматривает как потенциальный денежный капитал и поэтому в отличие от Ксенофонта относится и к этой функции денег отрицательно.

Являясь ревностным защитником натурального, рабовладельческого хозяйства, Аристотель не понимал исторической обусловленности развития обмена и в силу этого не мог уяснить исторической роли торгового и ростовщического капитала. Крупную торговлю и ростовщичество Аристотель относил к хрематистике. Крупная торговля, утверждал он, во-первых, основана "не на природе" вещей, так как, по мнению философа, деньги предназначены лишь для облегчения обмена, а здесь они служат орудием наживы и тем самым выполняют противоестественное назначение. Во-вторых, крупная торговля предполагает "взаимное надувательство", т. е. не отвечает требованиям натурального хозяйства всесторонне удовлетворять человеческие потребности.

Еще более резко Аристотель отзывался о ростовщичестве. При ростовщических операциях деньги, как и в крупной торговле, служат не для удовлетворения потребностей. Однако торговля имеет дело с куплей-продажей, т. е. здесь обращение денег в конечном счете предполагает земледелие, создание потребительных стоимостей. В движении же ростовщического капитала совершенно не видно связи его с производством. На основании этого Аристотель считал, что при ростовщичестве деньги сами по себе являются источником обогащения, так как процент представляет собой "деньги от денег". Поэтому философ приходил к выводу, что "из всех отраслей приобретения эта -наиболее противоречащая природе".

Мы видим, что Аристотель при рассмотрении торгового и ростовщического капитала не задавался вопросом, почему существуют торговая прибыль и процент. Будучи приверженцем натурального хозяйства и подходя этически к указанным категориям, он просто осуждает и отвергает их. Аристотель не отличал экономических категорий от их вещественного содержания и был далек от понимания того, что деньги в движении торгового и ростовщического капитала представляют собой выражение производственных отношений.

Ознакомление с экономическими взглядами Аристотеля свидетельствует, что этот крупный мыслитель, всесторонне защищая рабство, обнаружил наиболее глубокое для своего времени понимание различий между явлениями натурального хозяйства и явлениями, порожденными товарно-денежными отношениями.

Заканчивая рассмотрение экономических воззрений древнегреческих философов, следует подчеркнуть, что они как идеологи рабовладельцев стремились навечно сохранить рабовладельческое хозяйство и содействовали установлению военной диктатуры.

Вместе с тем, борясь против развития товарно-денежных отношений, они впервые уделили внимание производству товаров, деньгам, торговому и ростовщическому капиталу, т. е. явлениям, общим для древнего мира и капитализма и относящимся к политической экономии капитализма. При этом мы смогли убедиться в том, что, "поскольку греки делают иногда случайные экскурсы в эту область, они обнаруживают... гениальность и оригинальность". Вот почему "исторически их воззрения образуют... теоретические исходные пункты" политической экономии капиталистического способа производства*.

* (См. Ф, Энгельс, Анти-Дюринг, стр. 214-215 )

Но наряду с этим необходимо отметить, что отстаиваемая античными философами идея о делении общества на классы как законе природы и отождествление ими экономических категорий с вещами нашли применение сначала у средневековых авторов - для оправдания и увековечения с помощью религии крепостничества, а затем у идеологов буржуазии - для увековечения экономики капитализма и наемного рабства.

* * *

Во II-I веках до н. э. Греция была завоевана Римом, который превратился в огромнейшее государство, основанное на рабском труде.

Римское государство вело непрерывные войны. Они содействовали развитию в Римской республике экономического и политического кризиса.

Войны, торговый и ростовщический капитал, а также крупные землевладельцы разоряли широкие массы крестьянского населения. В силу отсутствия в то время исторических условий для перерастания простого товарного производства в товарно-капиталистическое обедневшие крестьяне превращались не в наемных рабочих, а в люмпен-пролетариат.

Военная мощь Рима ослабевала. В связи с этим уменьшался приток рабочей силы - рабов, что в свою очередь вызывало усиление эксплуатации труда рабов, совершенно не заинтересованных в результатах производства.

Вследствие усиления эксплуатации рабского труда и разорения крестьян обострялась классовая борьба между рабами и рабовладельцами, а также между крестьянством, с одной стороны, рабовладельцами и представителями денежного капитала - с другой. В Сицилии произошло два крупных восстания рабов - в 138-132 и 104-101 гг. до н. э. В Малой Азии в 133-130 гг. до н. э. вспыхнуло восстание рабов под руководством Аристоника.

Попытку приостановить развитие кризиса предприняли представители рабовладельческой демократии, народные трибуны братья Гракхи, Тиберий (163-132 гг. до н. э.) и Г ай (153-121 гг. до н. э.), выдвинувшие проект аграрной реформы. Они требовали ограничить крупное землевладение 1000 югерами (около 250 га), а за счет фонда государственных земель предлагали создать новое крестьянство из люмпен-пролетариата и укрепить положение разорявшихся крестьян. По проекту реформы каждый обедневший гражданин должен был получить 30 югеров земли (71/2 га), на правах наследственной аренды.

Таким образом, Гракхи отнюдь не посягали на рабовладельческий строй и не являлись противниками частной собственности на средства производства. Цель их аграрной реформы состояла в укреплении рабовладельческого строя. Однако, борясь против крупных землевладельцев (нобилитета), Гракхи вынуждены были стать на путь революционной борьбы, в которой они оба погибли.

Намерения Гракхов были утопичны. В насаждении мелкой земельной собственности они видели спасение от разорения крестьянских хозяйств и возврат к тому состоянию рабовладельческого государства, каким оно было в начальный период республики. Объективно же предлагаемая Гракхами реформа отвечала интересам народа и была исторически прогрессивной: она предусматривала создание за счет части рабовладельческих земель мелкого, но свободного хозяйства, которое обеспечивало более высокую производительность труда, чем крупное, основанное на рабском труде, и при существовавших условиях должно было ускорить процесс разложения рабовладельческого строя.

В 100 г. до н. э. к власти пришла партия рабовладельческой демократии, которая провела ряд законов в духе указанной реформы. Со временем это привело к усилению процесса концентрации земли в руках крупных землевладельцев и развитию колоната - переходной системы к феодализму. Ожесточеннее стала классовая борьба.

Обострение экономического и политического кризиса получило свое отражение в экономических и философских взглядах римских авторов.

Колумелла (I век н. э.), писатель и агроном, подчеркивает низкую производительность труда рабов, которые на отдаленных полях "дурно пашут землю", "пасут скот плохо" и не заботятся, чтобы земля дала "богатый урожай". Поэтому он выступает в защиту колоната.

Развивается материалистическая и атеистическая философия. Ее представители обрушиваются на социальные пороки своего времени. Они еще не доходят до признания необходимости уничтожения рабства насильственным путем, но тем не менее подвергают резкой критике паразитизм аристократии и призывают к гуманному обращению с рабами.

Так, например, Лукреций Кар (99 -около 55 гг. до н. э.) - один из выдающихся представителей атеизма и материалистической философии Древнего мира - обвиняет высшие классы в том, что они из-за ненасытной алчности к деньгам "кровью сограждан себе состояния копят..."

Виднейший представитель философии стоицизма Сенека Люций (I век н. э.) выступает с моральным протестом против угнетения широких масс населения. Он считает всех людей равными от природы, называет рабов "товарищами", "друзьями из низшего сословия". Сенека с возмущением говорит о бессмысленной трате имущества крупными рабовладельцами, которые "едят, чтобы изрыгать, и изрыгают, чтобы снова есть. Обед, собранный со всего света, не удостаивают даже переварить".

Таким образом, начинал рушиться вековой взгляд на рабовладельчеетво как справедливый и вечный, естественный строй общественной жизни.

Вместе с тем дальнейшее усиление эксплуатации привело к новому революционному выступлению рабов под руководством Спартака (74-71 гг. до н. э.), которого В. И. Ленин охарактеризовал как одного из самых выдающихся героев одного из самых крупных восстаний рабов*.

* (См. В. И. Ленин, О государстве, Соч., т. 29, етр. 444. )

В связи с восстаниями рабов представители римской знати добились падения республики (30 г. до н. э.) и установления империи.

Однако императорская власть, подвергая население провинций опустошительному ограблению при помощи налоговой системы, еще более усилила экономический кризис страны.

Производительные силы клонились к упадку. Торговля замирала. Угасала жизнь в городах. Их заполнял люмпен-пролетариат, который в Риме жил за счет общества, требуя от государства "хлеба и зрелищ", а в провинциях вынужден был выполнять тяжелую работу, конкурируя с рабами. Одновременно все больше рос паразитизм крупных рабовладельцев, которые стремились потопить горечь утраты былой мощи Рима "в самом пошлом чувственном наслаждении" (Энгельс).

Упадок римского рабовладельческого общества вызвал к жизни в середине первого века новую религиозную идеологию - христианство, которое отразило стремление массы населения найти выход из создавшегося положения*.

* (К самым ранним христианским произведениям относится "Откровение Иоанна" (67-68 гг.). (См. Ф. Энгельс, К истории раннего христианства. К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. XVI, ч. II, стр. 416.))

По своим идейным истокам христианство представляло собой сплетение трёх направлений идеалистической философии: философии Платона, неоплатоников и стоиков*.

* (Платон учил, что вещи - это образы идей, которые имеют своим источником абстрактную идею (бога); не оплатоники (глава - александрийский еврей Филон) превратили еврейского бога Ягве в христианского бога-отца; стоики считали активным началом бога, а материю - пассивным началом. )

Сначала христианство было идеологией рабов и всех угнетенных мировой империей, недовольных существующим строем. Поэтому христианство вытеснило национальных богов и стало мировой религией.

Раннее христианство отражало прежде всего безвыходное положение рабов, которые отчаялись добиться своими собственными силами реального освобождения и стали ждать избавления с неба, от бога. Опираясь на эти фантастические мечтания рабов, раннее христианство стало распространять учение о том, что помазанник* божий спустится на землю и установит "тысячелетнее" царство всеобщего блаженства, где все будут равны между собой**.

* (На древнегреческом языке помазанник - Христос. Следовательно, Христос не собственное имя. )

** (По-гречески тысяча - "хилиас". Поэтому "учение" о тысяче^ летнем царстве получило название хилиастического.)

На этой религиозной почве возникли древнехристианские общины, которые государство подвергало гонению, так как они состояли из "меньшей братии". В ответ на преследования общины вынуждены были объединяться, в результате чего у них стала возникать общность имущества*. В связи с этим раннее христианство стало проповедовать потребительский коммунизм. Оно выступило с отрицанием богатства, но признавало частную собственность на средства производства. Раннее христианство требовало отказа от семьи, домашнего хозяйства и обещало уничтожить бедность путем распределения внутри общины средств потребления.

* ("Следы общности имущества, которые также встречаются на первоначальной стадии новой религии, объясняются скорее сплоченностью людей, подвергавшихся гонениям, чем действительными представлениями о равенстве". (Ф. Энгельс, Анти-Дюринг, стр. 98.) )

Уже на этой, первоначальной стадии древнее христианство внушало рабам, что они могут получить свободу только "от бога", а не за счет средств общины и для этого "пусть во славу божью еще более поработят себя*".

* ("Послание Игнатия Поликарпу". Цит. по А. Ранович, Очерк- истории раннехристианской церкви, 1940, стр. 75. )

Таким образом, христианство с самого начала не стремилось к уничтожению классового различия. Сохраняя частную собственность на средства производства, оно сохраняло, а также оправдывало рабство и играло реакционную роль, поскольку отвлекало массы от революционной борьбы.

Поэтому уже в начальный период христианская идеология отвечала интересам имущих классов.

Следует также принять во внимание, что в Римской империи богачи подобно неимущим свободным были так же бесправны по отношению к императору, как рабы по отношению к рабовладельцам. Вот почему богатые люди стали вступать в общины.

Так образовался союз церкви с разлагавшейся аристократией.

В связи с этим христианская идеология стала изменяться. Церковь заменила учение о тысячелетнем царстве на земле идеей равенства всех перед богом - "братством во Христе", учением о наступлении царства всеобщего блаженства на небе, после смерти. Она пересмотрела свое отношение к богатству и вместо общности имущества потребовала благотворительности, т. е. передачи в распоряжение общины только излишков. Церковь стремилась примирить бедных с богатыми и поучала, что "бедный богат в молитве", так как она имеет "великую силу перед господом", а "богатый подает бедному", и поэтому бедный должен в своей молитве благодарить бога за богатого, который помогает ему.

Следовательно, христианство уже открыто стало защищать деление общества на классы и для эксплуатируемых масс находило лишь одно благочестивое пожелание, чтобы им благодетельствовали эксплуататоры*.

* (См. К. Маркс, Коммунизм газеты "Rheinischer Beobachter", К. Маркс и Ф. Энгельс, О религии, Госполитиздат, 1955, стр. 63, )

Христианство постепенно превращалось в большую силу, с которой приходилось считаться языческим императорам, и поэтому в начале IV века оно было признано государственной религией.

Впоследствии в связи с развитием феодальных отношений и ростом внутри христианской общины имущественного неравенства церковь превратилась в огромный механизм эксплуатации трудящихся масс.

Нужно, однако, принять во внимание, что сама по себе идея равенства, содержащаяся в раннем христианстве, носила революционно-демократический характер и получила развитие в средневековой крестьянско-плебейской ереси.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев Алексей Сергеевич, подборка материалов, оцифровка, статьи, оформление, разработка ПО 2001-2016
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://economics-lib.ru/ "Economics-Lib.ru: Библиотека по истории экономики"

Рейтинг@Mail.ru