Библиотека по истории экономики Библиотека по истории экономики

Новость
Библиотека
Юмор
Ссылки
О сайте









предыдущая главасодержаниеследующая глава

Сельская волость в уезде Цзядин

Нам предстояло проделать 35 километров по шоссе на северо-запад от Шанхая. Как повсюду в Китае, между городом и деревней - никакой переходной зоны или пригорода, пашня начиналась сразу за последним жилым кварталом. Лоскутки полей были голы и пустынны. Выделялись ярким цветом посадки салата и капусты. Навстречу изредка попадались грузовики, мимо прополз небольшой трактор с прицепом.

Вдоль дорог - неизменные лесные насаждения, все те же пятнистые платаны, что мы видели в Шанхае. В декабре тут тепло и безветренно, как в наше бабье лето. Солнце неясное, тусклое. По горизонту рассыпаны маленькие домики - в Китае вообще села расположены подальше от магистралей, прячутся за высоченными каменными оградами, платановыми рощами.

Но вот въезжаем в поселок Малу - центр волости того же названия. Волость входит в уезд Цзядин. Двухэтажные белые дома расположились вдоль аккуратных прямых улочек. Климат здесь мягкий. Как нам сказали, самая низкая температура - плюс 7. Да и вообще южнее реки Янцзы не принято топить печи.

Из широких лоджий, а то и прямо из окон выставлены длинные бамбуковые палки, на которых сушится или проветривается белье. На внутренних каменных двориках сияет на солнце рассыпанное тонким слоем золотистое зерно. Под навесами - стеллажи. На них, укрытые полиэтиленом, растут на специальном грунте грибы с коричневыми шляпками.

Волость Малу, вероятно, относится к числу образцовых, поскольку мы слышали о ней еще в Пекине. У здания волостного правительства нам встретилась группа работников соседних волостей: идет живой обмен опытом. Поучиться и в самом деле есть чему.

Председатель народного правительства волости Чжу Цзябао, человек почтенного возраста, остроскулый, с потемневшим от солнца лицом, угощает нас традиционным чаем. За длинным столом, накрытым белоснежно]! скатертью, завязывается неторопливая беседа. Но то, что мы из нее узнаем, прямо-таки поражает. Оказывается, за восемь лет реформы доходы волости превысили уровень 1978 года в 5 раз. В 1987 году в сравнении с уровнем 1986 года они опять возросли на 20 процентов.

Разговор наш касается проблем совершенствования семейного подряда, в котором выделяются ныне специализированные дворы. Некоторые из них получают доходы до 10 тыс. юаней в год и выше. В 1986 году в волости собрано 10,5 тыс. тонн риса. Рассчитавшись по контракту с государством, излишки реализовали по свободным ценам на рынке. Появилась возможность расширить жилищное строительство в поселке.

Чжу Цзябао хотя еще полон энергии, но уже готовит себе замену. Забот у правления хватает. В волости 8 тыс. крестьянских дворов, 32 тыс. человек населения. Посевных площадей не так много - всего 2,2 тыс. гектаров. Из поколения в поколение люди занимались тут сельским хозяйством. Но в последние годы произошли крупные перемены: появились подсобные хозяйства, а затем и промышленные предприятия.

Что за чудеса? Оказалось, столь поразительные результаты получены в основном за счет развития сельской промышленности, доход от которой сегодня составляет в общем объеме 90 процентов. Поле дает волости всего 5 процентов от общего дохода, и примерно столько же приходится на подсобные промыслы.

Естественно, уровень жизни крестьянской семьи, многие члены которой работают в сельской индустрии, резко повысился. До 1978 года доход на душу населения составлял в волости Малу всего 256 юаней в год, теперь - 850 юаней (вдвое выше, чем в среднем по Китаю). В том случае, если доход крестьянского двора ниже 400 юаней, ему предоставляются средства социального обеспечения. В 1985 году таких дворов было 18, в 1986 - меньше десяти. Зато десять специализированных дворов закончили год с доходом свыше 10 тыс. юаней каждый. В волости практически решена жилищная проблема: на каждого жителя приходится 25 квадратных метров! С 1981 года в волости начали проводить систему кооперативного медицинского обслуживания. Установлен ежегодный вклад каждого ее жителя в развитие медицины. Он сравнительно невелик - 2 юаня в год. В волости имеются две школы второй ступени, просторный клуб.

В число забот местного правительства - налогообложение, подготовка ополченцев, поддержание общественного порядка.

Трудоспособного населения в волости Малу 12 тыс. человек. Прежде почти все они трудились на пашне. Сегодня сельским хозяйством занято всего 1300 крестьян, и дело ведут они более эффективно. В 1986 году только 100 тонн не хватило до рекордной отметки урожая риса. Более высокие, чем в Малу, показатели получены лишь в северной волости Тяньшу, хотя природные условия там хуже. Все дело в техническом оснащении, считает Чжу Цзябао, которое пока в их волости слабей.

Л что же остальные 10700 способных к труду? Им пришлось сменить род занятий. Многие пошли работать на волостные и поселковые предприятия. Немногие перешли в подсобное хозяйство, где содержится 18 тыс. голов свиней, выращивается прудовая рыба. Тем не менее главной заботой местного правительства остается земля. По условиям контракта земля сдается в аренду всего лишь на три года. По мнению Чжу Цзябао, срок аренды следовало бы довести хотя бы до десяти лет, тогда крестьяне лучше будут заботиться о сохранении плодородия почвы. Кстати, во многих провинциях это уже сделано - срок контракта доведен до 15 лет. Однако и он оказался недостаточен: крестьяне не желают вкладывать средства в улучшение почвы, ирригацию, считая себя временными пользователями надела.

Ныне почти в каждом крестьянском дворе имеются излишки зерна. Прежде сверху спускались директивы, что и когда сажать, сеять, теперь же у крестьянского двора появилась известная свобода, которую дает ему система контрактов. При этом действуют различные экономические рычаги, способствующие повышению активности людей. Независимо от урожайности, государство закупает зерно по твердым ценам, причем закупки осуществляются тут же, в деревне. То, что произведено сверх контракта, крестьянин вправе продать по свободным ценам на рынке или же оставить у себя. Если зерно продано государству сверх плана, за это полагается премиальная доплата.

- Мы поощряем рост зажиточности каждого, гарантируем доходы двора,- говорит Чжу Цзябао.- Государство имеет обязательства перед двором: зерно закупается по твердым ценам, независимо от рыночной конъюнктуры, и в полном объеме контракта.

Система поощрения постоянно совершенствуется. Поначалу премии получали те дворы, у кого больше на подряде земли, теперь же - те, у кого выше урожай. За каждый килограмм сверхпланового зерна полагается 4 фэня доплаты к закупочной цене. Один местный крестьянин сдал сверх плана 12 500 килограммов зерна, за что получил 500 юаней премии. За каждые 50 килограммов зерна, проданного государству по контракту, крестьянин может приобрести 3 килограмма удобрений и 0,5 килограмма дизельного топлива. Кроме того, за пятую часть зерна, сдаваемого по контракту, крестьянин получает плату вперед.

- Ну а в случае невыполнения условий контракта?

- Крестьянин лишается права покупать химические удобрения, дизельное топливо и промышленные товары по твердой цене. А на рынке цены на эти изделия, как правило, значительно выше, чем государственные.

Кроме зерна в волости выращиваются хлопок, фрукты, овощи, масличные, бахчевые культуры. Имеются специализированные дворы, которые производят виноград или яблоки, хлопок или женьшень. Кстати, в страдную пору чаще других используют наемный труд специализированные дворы, у которых обширные земельные участки. Чжу Цзябао заметил, что использование наемного труда не поощряется, но и не запрещается. Тот, кто вчера нанимал людей, завтра сам может пойти в наем. Так ли? Но мы не стали делиться своими сомнениями.

Впечатляет подсобное хозяйство волости. Ежегодно оно поставляет государству 450 тыс. литров молока, 230 тонн прудовой рыбы (в волости пруды занимают 33 гектара), 250 тыс. тонн очищенного хлопкового волокна, 700 тонн грибов (3 тыс. семей имеют домашние плантации).

- Хорошая беседа тянется незаметно и может длиться очень долго,- вежливо говорит наш собеседник. И мы в последний раз пригубляем душистый чай и отставляем фарфоровые чашки, в которые гостеприимные хозяева беспрестанно доливали кипяток из больших термосов.

Чжу Цзябао предложил нам пройтись по сельской улице. Вместе с ним пересекаем "с севера на юг" благоухающую зеленью центральную площадь, идем по чистой улочке мимо снопов из рисовой соломки. У китайцев вообще очень развита пространственная ориентированность по краям света. Для нас несколько необычно звучали фразы: "Встретимся у восточных ворот", "Пойдете на север, затем повернете на запад..."

Домики здесь типовые, блочные, очень похожие один на другой. Выглядят они весьма просторными и удобными для жилья. Вот разве что не хватает наших палисадников да приусадебных огородов. Но и это понятно: земля в Китае имеет особую цену, потому дома стоят кучно, дабы не отнимать лишние квадратные метры у пашни.

Иным стал быт сельского двора. В трудные для молодой республики 50-е годы символом благосостояния китайской семьи были махровое полотенце, эмалированный тазик для умывания и разрисованный цветами термос. Через два десятка лет ситуация переменилась. В 70-е годы показателем высокого уровня благосостояния стали такие престижные в то время вещи, как велосипед, часы и швейная машина, затем - вентилятор, диван и черно-белый телеприемник, а сегодня это - холодильник, стиральная машина и цветной телевизор. Велосипед, десятилетиями бывший предметом мечтаний молодежи, не входит ныне в список престижных вещей, но по-прежнему занимает почетное место в прихожей. Очень знакомый нам - закономерный, естественный процесс: по мере удовлетворения одних потребностей возникают все новые и новые.

Заходим в просторный двор. Как и в соседних, здесь на бетонной площадке сушится золотистое зерно, на стеллажах под навесом поблескивают шляпки грибов. Знакомимся с хозяйкой дома. Зовут ее Гэ Хуэйин. Одета скромно, без претензий, хотя к нашему приходу, вероятно, готовилась. Внизу, в крохотной теплице, хлопочет ее мать, энергичная старушка 78 лет, облаченная в теплый ватник и широкий белый фартук. Семья из шести человек занимает половину типового двухэтажного домика. В квартире шесть комнат да еще просторная терраса. Внизу кухня, хранилище продуктов и инвентаря, на втором этаже две жилые комнаты.

Хозяйка дома приглашает нас подняться. Цветной телевизор, двухкамерный японский холодильник, несколько термосов, швейная машина - все на своих местах. Центральную часть комнаты занимает огромная деревянная кровать, укрытая красивым одеялом. В почетном углу - поставленные один на другой кованые сундуки: как и термосы, они в каждом доме. В комнате стоит также небольшой шифоньер, способный вместить более чем скромный гардероб. Нигде мы не увидели ни цветочных горшков, ни газет...

В комнатах практически нет украшений, не считая настенного календаря. На крохотной полочке - несколько книг, в основном политического характера. На низеньком столике под стеклом - любительские фотографии детей и внуков. На голом цементном полу - несколько пар плетеных из соломки тапочек. Вот и все убранство.

В доме - и это типично для Китая - проживает сразу четыре поколения: Гэ Хуэйин с матерью и мужем, ее сын с женой и внучка - всеобщая любимица. Двор, по китайским меркам, зажиточный. Семья имеет на подряде 0,5 гектара, специализируется на выращивании винограда. В 1986 году был хороший урожай: продали государству 5 тонн винограда, выручили 15 тыс. юаней. Кроме хлопот по винограднику хозяйка дома работает на предприятии по выращиванию грибов. Ее муж - рабочий одного из заводов Шанхая, бывает дома не часто, с оказией. Сын уехал на стажировку в университет, тоже в Шанхай. Кто же на винограднике? Все понемногу, а в период уборочной страды по традиции помогают родные и знакомые.

Рассказ любезной хозяйки дома Гэ Хуэйин породил немало вопросов. Мне, например, так и не стало ясно, кто же все-таки занимается виноградником? Неужели только одна невестка? Нет, уход за виноградником требует немало усилий, причем каждодневных. Вероятно, не обходится без наемного труда. Семья Гэ Хуэйин на питание тратит 150 юаней в месяц. Последний крупный расход был связан с покупкой холодильника - 1400 юаней. На очереди - приобретение кондиционера (два имеющихся в доме вентилятора, видимо, не спасают в летнюю жару).

Чжу Цзябао напоминает нам, что в соседнем доме тоже ждут советских гостей, и мы прощаемся с гостеприимными хозяевами. Минуем несколько домов, и снова перед нами каменный дворик, и все тот же золотой ковер насыпанного ровным слоем зерна, те же грибная теплица и снопы рисовой соломки. Молодая девушка с большими оливковыми глазами глядит на нас с живым интересом. На ней красивый свитер, модные туфли на высоком каблуке.

Фань Яньпин 21 год, работает она комсомольским организатором на местной фабрике по производству игрушек. И в этом доме люди заняты в "сельской индустрии"! В темноватой прихожей сияют никелированными деталями два новеньких велосипеда - важный показатель благосостояния семьи. Тут же на видном месте висит Почетная грамота, которой награжден муж сестры за ударную работу.

По такой же крутой лестнице поднимаемся на второй этаж, где на низеньком столике под стеклом снова видим семейные реликвии - фотографии родных и близких. Все на своих местах - швейная машинка, накрытая кружевной салфеткой, вентиляторы, термосы, кованые сундуки. На небольшой этажерке несколько книг, на подоконнике - катушечный магнитофон.

Фань окончила школу первой ступени и дальше учиться пока не собирается. Радостно улыбаясь, она поделилась с нами "секретом": у нее уже есть жених, но пока это держится в тайне от родных. С замужеством не торопится. Дело это серьезное, требует основательной подготовки - покупки необходимых вещей, решения жилищной проблемы.

Мы спрашиваем, чем заполнен досуг молодежи. В клубе часто кино, проходят здесь и вечера танцев. В поселке проводятся спортивные мероприятия. Молодежь из поселка не уезжает. Немногие отправляются на учебу в Шанхай, но затем возвращаются.

Семья Фань Яньпин взяла на подряд довольно большой участок. На нем выращиваются рис, пшеница, масличные культуры. Впрочем, девушка охотней говорит о фабричных делах. Проблемы сельского подряда Фань явно не интересуют. Молодые ребята, говорит она, охотно идут в рабочие, не покидая родного поселка. Ну а завел семью - можно взять ссуду и построить дом. Строительная организация возводит двухквартирный дом всего за неделю.

Мы прощаемся с юной хозяйкой дома. Снова не спеша идем по улице меж шелестящих платанов, любуемся клумбами ярко-красных цветов - петушиных гребешков. Чжу Цзябао далек от идиллических настроений. Он рассказывает нам, что волостное правительство, сменившее прежнюю коммуну, не вмешивается по мелочам в быт крестьянского двора, контролируя только выполнение государственных заданий.

Безусловно, нас привезли в образцовую волость, вероятно получающую дополнительные сверхлимитные финансовые инъекции. Беды в этом я не вижу. По крайней мере, рельефней виден замысел. А он интересен. Кстати, примерно через год после нас в другой образцовой деревне - Лючжуан (провинция Хэнань) нечто подобное увидела группа советских специалистов. Схема оказалась там примерно такой же, какую мы видели под Шанхаем. 256 дворов, 36 подрядных звеньев, 7 отраслей: растениеводство, животноводство, торговля, промышленность, строительство, лесное хозяйство, сфера услуг. На сельхоз-работах занято 32 грузовика, 10 тракторов, 2 зерноуборочных комбайна, 2 - хлопкоуборочных, 2 экскаватора, 3 автокрана, есть самолет сельхоз-авиации.

Все земли связаны ирригационной системой, электроэнергию дают семь дизельных силовых агрегатов, а на случай ее нехватки есть еще генераторы ручного привода. Промышленный сектор также выглядит солидно: имеется 500 различных агрегатов и механизмов.

В деревне полтора десятка предприятий сельской индустрии, в том числе заводы: химический, деревообрабатывающий, фармацевтический, автомобильных сигналов, молочный, хлебный, прохладительных напитков, а также несколько бумагоделательных предприятий. Крестьянские дворы получают до 16 тыс. юаней дохода в год. Правда, 85 процентов доходов деревни приходится на промышленную продукцию.

Деревенская статистика свидетельствует: почти в каждом дворе имеется телевизор, стиральная машина, в среднем на каждый двор приходится по четыре электрических вентилятора, каждый третий двор - обладатель мотоцикла и электроплиты. До 100 юаней в год на каждого жителя дает подсобное хозяйство. Столько же тратит местный кооператив, обеспечивая бесплатное медицинское обслуживание, а также такие услуги, как стирка белья, показ кинофильмов, частично бесплатное питание - по норме 600 цзиней риса и 18 цзиней мяса в год на каждого жителя (цзинь - 0,5 килограмма).

В другой волости под Шанхаем - Мацяо - побывал наш коллега из "Комсомольской правды". Тут оказались еще более впечатляющие достижения: четыре пятых жителей волости справили за последние годы новоселья. Теперь здесь на каждого жителя приходится по 30 квадратных метров жилья (вдвое больше, чем в среднем по китайской деревне). Мацяо - это 20 деревень, 96 небольших поселков, застроенных двухэтажными белыми домиками. И тут соблюден жизненный стандарт: при скромной обстановке - современный холодильник, цветной телевизор. В волости больше ста сельских предприятий - металлообрабатывающие, мебельные, пищевые. Два десятка предприятий подчинены волости, остальные - подрядные. Качество обеспечивают неплохое. Во всяком случае, модные рубашки местного производства продаются в США по 20 долларов за штуку. Часть валютных поступлений фабрика использует на приобретение сырья и оборудования, поддерживая высокий уровень производства.

Конечно, образцовые деревни, воплощая в себе мечту крестьян этой небогатой страны о зажиточной жизни, не определяют лицо деревни в целом, демонстрируя лишь ее возможности. В целом же процесс перестройки деревенской жизни в Китае идет довольно медленно. Показатели работы образцовых волостей и деревень, разумеется, выше средних по стране.

Если присмотреться к образцовой волости Малу, нетрудно заметить, что многое в укладе жизни, в уровне ведения хозяйства все же осталось здесь на рубеже дореформенном. Об этом наши собеседники предпочитали не говорить. Но кое-что невольно проступало наружу. Взять хотя бы механизацию сельхоз-работ. Семейный подряд действует, а вот механизированные бригады, о которых давно идет речь, до сих пор не созданы. Казалось бы, структура власти на местах сложилась и вполне способна двигать вперед реформу. На 17 сел волости-116 малых бригад. За производственной бригадой остались функции руководства отдельными дворами, контроль за внесением налогов, отчислений в общественные фонды, заключение договоров. В непосредственном ведении бригады также часть мелких предприятий и мастерских.

Куда же делись коммуны? Они либо упразднились, либо играют административную роль волостного правительства. Организационные структуры на селе довольно пестрые. Кое-где хозяйственные функции коммуны выполняют промышленно-торгово-сельскохозяйственные компании. В некоторых случаях вместо семейного существует звеньевой подряд. В ряде мест сохранилась и прежняя производственная структура. Главным образом, вокруг больших городов.

Известная в стране "коммуна китайско-советской дружбы" расположена в западном пригороде Пекина, в 17 километрах от центральной площади Тяньаньмэнь. Правление, члены которого избираются коллективом на три года, руководит работой двенадцати больших бригад. В конце отчетного периода создается комиссия, которая проверяет результаты деятельности правления и представляет итоговый документ на рассмотрение собрания. Кстати, средний годовой доход жителей коммуны - 800 юаней, что значительно выше среднего показателя по стране. Старая производственная структура сохранилась, поскольку она подтвердила свою эффективность в нынешних условиях.

Иначе говоря, в стране нет ортодоксального отрицания прошлого, реформа отбирает все эффективное из практики, в том числе и из практики коммун.

Действуют в волости комитет по управлению экономикой, сельскохозяйственная компания, торгово-промышленный комитет. Не много ли властей? Во всяком случае, эти органы не вмешиваются по мелочам в работу подрядных дворов. Но их влияние на развитие реформы могло быть и более результативным. В работе еще много бумажно-бюрократической рутины, дублирования.

Наши собеседники говорили, что сторонники коммун еще не перевелись. Кое-кто в штыки принимает, к примеру, конкуренцию. К новому состоянию людей приучают подобно тому, как обучают плаванию.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев Алексей Сергеевич, подборка материалов, оцифровка, статьи, оформление, разработка ПО 2001-2016
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://economics-lib.ru/ "Economics-Lib.ru: Библиотека по истории экономики"

Рейтинг@Mail.ru