Библиотека по истории экономики Библиотека по истории экономики

Новость
Библиотека
Юмор
Ссылки
О сайте









предыдущая главасодержаниеследующая глава

Без "большого котла"

От Шэньяна до Пекина - 12 часов пути поездом. Конечно, самолетом было бы быстрей, да и командировочное время - на вес золота, но мы не пожалели об этой прогулке, хотя на всем пути пейзаж почти не менялся. Проплывали за окном вагона бесконечные, поделенные межами на лоскутки, чистые, без травинки, поля, рисовые чеки, строгие китайские деревни, конусы низеньких зернохранилищ с коричневыми крышами.

Всю дорогу, под стук колес паровоза, мы слушали вперемежку китайские и русские песни, тоже, видимо, ставшие здесь народными. В изумительной обработке, по-новому звучали мелодии "Катюши", "Рябинушки", вальса "Амурские волны".

В безлесном Китае не принято тратить на постройки древесину - в деревнях сплошь каменные строения. Меня поразил аскетический облик китайской деревни: дома сложены из серого камня, наружная стена без окон, внутренний дворик охвачен высоченным каменным забором, являющимся как бы продолжением глухой стены. Внутренний дворик и маленькие окошки ориентированы на юг, к солнцу. Никаких наличников, полисадников - только грядки, снопы рисовой соломы и очень редкие купы платанов и тополей.

Мне объясняли, что чувство прекрасного скрыто глубоко в душе китайца, оно проявляется в его отношении к природе - небу, солнцу, камню. В пекинском бывшем императорском дворце "Гугун" я видел целую картинную галерею работ старых мастеров. Картины показались мне удивительно однообразными. На каждом полотне стандартного размера изображалась цветущая или голая ветвь. Я еще подумал тогда, что на всю галерею хватило бы одного дерева. Но потом понял, что для моего суетного взгляда эта красота, требующая неспешного созерцания, попросту недоступна. Поэтическое восприятие мира у китайцев обнаруживается в названиях городов, проспектов, улиц. Я гулял по проспекту "Вечного спокойствия". Наш поезд делал остановку в городе, носящем название "Вечная весна".

Между индустриальным пейзажем китайских городов и возделанной сельской нивой обычно нет перехода вроде привычных для России перелесков, лужаек, кустарника. Меня поразили бескрайние поля, обработанные с величайшей любовью и бережностью.

800 млн китайцев живут в деревне. С 1979 года в ней произошли крутые перемены. Как обновляется хозяйственный механизм в деревне? Каковы перспективы его развития? Об этом мы вели разговор в Пекине с директором исследовательского центра по проблемам аграрного развития при ЦК КПК Ду Жуныпэном.

Ду Жуньшэн принял нас в Доме народных собраний, расположенном на площади Тяньаньмэнь. Пожилой человек с темным пергаментным лицом. Говорил он эмоционально, временами резко повышая голос. Ду Жуньшэн коснулся истории аграрной реформы в деревне и при этом отметил, что долгие годы Китай опирался на советский опыт. Но в начале 60-х годов руководители экономики КНР убедились, что действующий механизм создает препятствия для дальнейшего развития. Разумеется, нам было что возразить, но диалог как-то сразу превратился в монолог этого очень авторитетного в Китае человека, чьи печатные труды, прекрасно изданные, уже были нам вручены перед началом беседы.

В конце 70 - начале 80-х годов практически во всех деревнях страны земля, по-прежнему принадлежащая народным коммунам, была закреплена за крестьянскими дворами. Образовалось 180 млн подрядных дворов. Имея сравнительно небольшую пашню - меньше 120 млн гектаров (у нас - около 250 млн гектаров), наши китайские друзья все же решились на этот масштабный и смелый эксперимент - жизнь заставила. И прибавка за шесть лет в 100 млн тонн зерна - достойная плата за риск. Исключительно важно то что эта весомая прибавка позволила - впервые за тысячелетия - перешагнуть грань полуголодного существования. Теперь на каждого китайца производится примерно 400 килограммов зерна в год - этого уже достаточно чтобы быть сытым.

Поскольку деревенские коммуны изначально были ориентированы на "общий котел" и в них, по сути, никто не нес ответственности за развитие производства, объяснял нам Ду Жуньшэн, важно было разрубить этот узел и при сохранении общественной собственности на землю, здания, производственные материалы повысить активность крестьян. Вот и избрали такой путь: сохранив право коллективной собственности на землю, передали право хозяйствования отдельным семьям и группам людей. В крестьянской деревне наряду с кооперативами право вести хозяйство получил и крестьянский двор. Если прежде в деревне действовал принцип: все покупает государство и оно же все реализует, теперь восстановлена система обмена товаров на рынке.

Ду Жуньшэн выстроил перед нами, думается, не вполне бесспорную модель. Но если отойти от теоретических умозаключений, станут видны наиболее сильные черты реформы в деревне: внедрение системы производственной ответственности, развитие товарообмена.

Многие годы зерно закупалось по государственным ценам, которые были очень низкими - они и сейчас невысоки,- и это сохраняло бедность в деревне, давая преимущество горожанину. Теперь наряду с государственными действуют рыночные цены - на сверхплановую продукцию. Вместе с тем крестьянский двор не может делать все, что вздумается, на земле, взятой на подряд. Государство планирует производство риса и других важнейших культур, обеспечивает хозяйства техникой, средствами борьбы с сельскохозяйственными вредителями.

Надо знать китайские реалии, чтобы ощутить революционность происходящих в китайской деревне преобразований. Модель экономики периодов "большого скачка" и "культурной революции" предполагала сдерживание роста потребления населения и соответственно ориентировалась на "низкую и рациональную" оплату труда. Вспоминается лозунг тех лет: "Объем потребления, рассчитанный на троих, должен обеспечить потребности пятерых". Итогом явилось полное замораживание зарплаты, а весь прирост доходов обращался на производственные нужды, оборону, политические цели внутри и вне страны.

Система производственной ответственности - огромный шаг вперед в преобразовании производственных отношений в деревне. Ныне с крестьянином заключается контракт, по которому поле, пруд, откормочная площадка, лесной участок, плодовый сад и другие угодья сдаются на арендный подряд крестьянскому двору. За сданную продукцию он получает вознаграждение. Используется и другой вариант подряда: в договоре указываются обязательства по сдаче продукции, а все, что произведено сверх того, составляет доход подрядного двора.

Размышляя над проблемами как нашей, так и китайской экономики, приходишь к выводу, что различные хозяйственные формы могут тесно взаимодействовать в социально-экономической структуре общества, состязаться между собой, дополнять друг друга, на деле доказывать свою эффективность и перспективность.

Переход к системе производственной ответственности повсеместно привел к росту производства практически всех продуктов сельского хозяйства. Но выявились и проблемы. Крестьянин заключает контракт с представителями закупочных организаций как будто бы на льготных условиях. Но надо учесть, что эти льготы начались с очень низкого уровня. Цены и теперь весьма невысоки. Не случайно ныне наблюдается некоторое снижение сбора зерна. Сказались тут и погодные условия, но в большей степени - все-таки недостаточно сильные стимулы для занятия производством зерновых.

Помимо чисто экономических в китайской реформе, особенно в деревне, действуют и социально-психологические факторы. И первый из них - стихийное стремление к уравниловке, попытки, как писала газета "Жэньминь жибао", "через сокращение и даже ликвидацию разницы в доходах достичь социального равенства". Но сейчас чаще можно увидеть лозунги типа "повышать благосостояние одних раньше других". Именно в них заложена идея преодоления уравниловки. В печати появляются подробные выкладки, доказывающие, что опасения тех, кто считает, что "богатые становятся богаче, а бедные - беднее", не оправдываются, что поляризации в доходах не происходит.

Логика всех этих рассуждений примерно такова: раньше считали, что необходимо добиться общего повышения жизненного уровня, не допуская выделения отдельных лиц по уровню благосостояния, и в результате пришли к общей бедности. Ныне же проводится курс на поэтапное повышение уровня жизни отдельных групп населения. При этом разница в доходах не только неизбежна, но и необходима, поскольку соответствует социалистическому принципу распределения по труду. Между тем на местах кое-кто еще и теперь сожалеет об уравниловке и "большом котле".

Однако, несмотря на массовую разъяснительную работу, уравнительные тенденции преодолеваются трудно. Газета "Жэньминь жибао" поместила репортаж о трудностях подрядного двора Инь Юнчэна, занимающегося садоводством. Инь Юнчэн разбил сады на горных склонах, добился высоких урожаев, но теперь, по его словам, "намерен повесить мотыгу на крюк". Дело в том, что соседи стали называть его "новым помещиком", относятся к нему "с черной завистью". Многие в деревне, исходя из практики прежних коммун, начали предъявлять права на часть урожая в подрядном саду Инь Юнчэна. Дошло до того, что у него стали выкрадывать часть урожая, портить посадки, ломать оборудование.

Обычно в публикациях такого рода все сводится к зависти, стремлению получить блага, не приложив труда. Но главное, думается, в другом - а именно в стереотипах практики "большого котла", в медленной перестройке психологии крестьян, среди которых велика доля неграмотных людей.

И все же нельзя не видеть поразительных результатов реформы в деревне. За годы шестой пятилетки, завершившейся в 1985 году, урожайность зерновых повысилась на 30 процентов! Чистый доход крестьян на душу населения в среднем возрос втрое. В известной мере преодолены практика питания из "большого котла", замкнутость сельской экономики.

Начавшийся в 1985 году второй этап реформы в деревне предусматривает дальнейшее совершенствование рыночных отношений на селе, укрепление взаимосвязей с реформой в городе. Идеи товарной экономики в деревне наиболее полно воплощаются в специализированных подрядных дворах, занятых определенным видом деятельности и обеспечивающих наибольшее повышение производительности труда.

Не станем далее суммировать плюсы и минусы пройденного периода реформы. Хозяйственный механизм сельской экономики в движении, развитии. От системы централизованных госзакупок основных продуктов земледельцев деревня переходит к более привлекательной системе контрактации и рыночной торговле. Сельские рынки начинают играть все более важную роль в жизни деревни. Правда, розничные цепы на продукты питания в городах все еще ниже закупочных, разница погашается государством. Сумма ежегодных дотаций государства на эти цели составляет 10-15 млрд юаней.

Было бы неверным считать рыночную стихию совершенно неконтролируемой. Во-первых, торговля зерном разрешена на рынке тем, кто имеет документ, удостоверяющий, что крестьянин выполнил свои обязательства по подряду. Во-вторых, цена на рис может превышать государственную не более чем на 10 фэней за цзинь (0,5 кг). Цены же на овощи здесь даже ниже государственных.

Семейный подряд стал сегодня основной формой производственной ответственности в деревне. Им охвачено 95 процентов всех крестьянских дворов, получающих в свое пользование участки земли на 15 лет и более. В частности, в районах с неблагоприятными погодными условиями, в отдаленных и горных районах земля закрепляется на срок до 30 лет, а подряд на земельные участки под лесные посадки и того больше - до 50 лет.

Каков размер участка? Средний - 0,5 гектара. У специализированных дворов он может быть и больше. На севере Китая, в провинции Хэйлунцзян, специализированные дворы берут на подряд по 30-40 гектаров, выращивают на этих участках кроме зерна еще и овощи, лен, женьшень. Именно здесь впервые за эти дни нам встретились небольшие стада коров, табун лошадей, куры, свиньи.

Крестьянский двор имеет возможность приобрести необходимую технику. При сохранении общественной собственности на землю все больше средств производства концентрируется в руках подрядных дворов. Уже в 1986 году им принадлежало около 80 процентов всех тракторов и 170 тыс. грузовых автомашин, обеспечивающих 40 процентов перевозки грузов. Часть крупной сельхозтехники - в руках специализированных дворов. Скупая машины, предприимчивые хозяева затем за плату обрабатывают участки менее состоятельных односельчан, умножая свои доходы.

В предыдущих главах мы много говорили о процессах, происходящих в индустрии Китая. Но нельзя забывать, что Китай остается страной прежде всего аграрной. Естественно, отход в деревне от волюнтаристской политики "казарменного коммунизма", противоречащей объективным экономическим закономерностям, и призван был сыграть решающую роль в социально-экономической сфере жизни великой страны. Ныне в деревне идет интенсивный поиск новых форм и методов организации дела, которые способствовали бы повышению трудовой активности крестьян. Переход на систему подворно-индивидуальной обработки земли на условиях подряда, производственной ответственности за конечный результат, безусловно, означает крутой поворот в судьбе китайской деревни.

- Обобществление,- рассуждал Ду Жуньшэн, как бы предвосхищая ход наших мыслей,- хорошая вещь, если есть материальная и культурная основа. Центральная проблема китайской деревни - отсталость, низкий уровень интеллектуального развития людей. Отсюда противоречия. В частности, попытки осуществить обобществление мелких хозяйств привели к жесткой уравниловке в распределительных отношениях.

На языке вертелись острые вопросы о китайских коммунах, которые как раз и строились на принципах жесткой уравниловки. Наш собеседник тем временем продолжал:

- Видя противоречие, мы задались вопросом: нельзя ли при общественной собственности на землю, здания, материалы найти способ повышения активности крестьян? Может быть, превратить деревни в города, платить крестьянам зарплату, как рабочим? Но это опять уравниловка! А если отделить право собственности от права хозяйствования, которое может быть и коллективным, и индивидуальным? На Западе тоже разделены право собственности и право хозяйствования, но там капиталист приглашает менеджера вести дело. У нас же земля в коллективной собственности, и это дает гарантию прочности институтов социализма. Получив право хозяйствования, крестьянский двор стал товаропроизводителем, самостоятельно реализующим свою продукцию, в том числе на рынке. Упразднена существовавшая прежде система, при которой государство единовластно решало все за крестьян.

Ду Жуньшэн уверял, что теоретической основой реформы в китайской деревне явилась ленинская статья "О кооперации" - то ее место, где говорится, что крестьяне являются производителями товара и что сплотить их можно только в том случае, если будет налажен обмен товарами. Социализм является плановым товарным хозяйством - эта идея была реализована в семейном подряде.

Ленинская мысль о том, что камнем преткновения для многих социалистов была степень соединения с общественными целями частного, то есть личного интереса, проверки и контроля его государством, степень подчинения общим интересам, также легла в основу сельскохозяйственной реформы в Китае. В. И. Ленин видел в кооперации один из способов соединения социализма с интересами человека. Нельзя сделать общество динамичным, жизнеспособным, не учитывая интересы, если в свою очередь эти интересы не будут влиять на политику.

Мы знали, что, изучая историю СССР, китайские ученые особенно пристальное внимание уделяли нэпу. Привлекают историков и темы индустриализации, коллективизации сельского хозяйства в СССР. Но прежде всего их интересует процесс становления советской модели социализма и ее особенности. Некоторые исследователи считают, что в ходе коллективизации были допущены грубые ошибки, другие склоняются к тому, что ошибки были неизбежны, но путь был выбран единственно верный.

Историк Ма Луншань выделяет, например, такие наиболее важные для китайской историографии моменты: перенесение В. И. Лениным центра тяжести работы с политической борьбы на экономическое строительство; "военный коммунизм", новая экономическая политика и прежде всего внешняя торговля Советской России, ввоз техники, оборудования и финансов из-за границы, план электрификации и политика концессий; борьба В. И. Ленина против оппортунизма, бюрократизма, за партийный и демократический стиль руководства, правые и левые искажения партийной линии по основным направлениям социалистического строительства; учение В. И. Ленина о культурной преемственности и его борьба с идеологией Пролеткульта.

Во всех этих исследованиях бросается в глаза их сугубо прагматическая направленность: из практики весьма отдаленного прошлого извлекается рациональное содержание для нужд сегодняшнего дня.

Но вернемся к беседе с Ду Жуньшэнем, уж ему-то нельзя было отказать в самостоятельности и смелости мысли.

- Без товарообмена,- говорил он,- роль закона стоимости принижается. Без стоимости нет конкуренции, а без нее, в свою очередь,- социальной оценки труда, его ценности. Без социальной оценки нет отсева всего негодного, и, значит, прогресс в таких условиях не может стать внутренним стимулом развития.

Проблема - в ее "китайской специфике" - состоит в том, что переходить к современному производству приходится в условиях, когда средний крестьянский двор имеет в своем распоряжении подрядный надел в 8,35 му, то есть менее 0,6 гектара, разделенный к тому же на добрый десяток мелких участков. Малоземелье, низкий уровень грамотности - вот с чего приходится начинать.

Разнообразных подходов со стороны центрального и местного руководства требовало также различие условий - природно-климатических, географических, культурно-исторических, социальных. Определяя основные контуры аграрной политики, ЦК КПК в своих директивах открывал простор для инициативы и творчества на местах. Предстояло в огромных масштабах решить исторической важности задачу - перейти к товарному хозяйству. Это было равнозначно скачку из одной эпохи в другую.

Увязать сегодняшний китайский эксперимент с опытом первых лет Советской власти в нашей стране - задача непростая даже теоретически. Но для чего-то это важно было Ду Жуньшэну. Возможно, для нравственного оправдания иных, весьма рискованных шагов? В принципе, обращаясь сегодня к кооперации, мы также стремимся преодолеть обезличку в использовании земли и других фондов, уравниловку - в оплате труда. Эти пороки легко преодолеваются в условиях арендного подряда и мелкогрупповых подрядных форм организации труда. Сегодня в китайской деревне доминирует подрядная экономика. Но существует и такая разновидность мелких производств, при которой хозяин может использовать наемный труд (5-10 человек), содержать личную ферму.

- В этом нам видится много выгод,- уверял Ду Жуньшэн.- Некоторые отрасли возникают без вложений единого юаня со стороны государства. И вот что еще очень важно: такая ситуация способствует выдвижению инициативных людей, хороших организаторов производства.

Ну а побочные явления? Они есть. Увеличивается расслоение крестьян. Доходы некоторых из них в 10- 20 раз превышают средние заработки в волости. Государство проводит жесткую политику налогообложения, дабы избежать чрезмерного социального расслоения. Налоги носят прогрессивный характер. Исходная величина подоходного налога - 400 юаней в год (на его размер влияют и природно-климатические условия).

- А как вы представляете деревню через пять - десять лет? - спросили мы.

- Полагаю, что доходы крестьян возрастут. Это повысит накопление в деревне, обеспечит рост производительности. Ставится задача устойчиво снабдить продовольствием все население страны.

По мысли Ду Жуньшэна, сельским хозяйством должна заниматься только половина населения деревни, а вторая половина - перейти в промышленное производство, созданное в деревне, а также в сферу услуг.

Вот еще некоторые его соображения, которые я записал на диктофон: "Социализм не укрепится при натуральной экономике; не добившись высшей производительности, он не сможет победить в конкуренции с капитализмом... Чтобы двинуть вперед социализм, нужно укрепить институт товарообмена, слабость которого в том, что при низких ценах на зерно прибыль у крестьянского двора остается мизерной..."

- В деревне социализм развит очень слабо,- посетовал ученый.- Отсюда проистекает наша концепция. Крестьянин желает осуществить товарообмен - надо помочь ему в этом.

- Представьте, что я хорошо зарабатываю,- сказал Иван Дмитриевич Лаптев, вообще склонный рассматривать сложные проблемы через конкретную ситуацию.- Что даст мне государство за мои деньги? Могу я нанять десять работников? Купить два трактора? Построить большой дом?

- Да,- последовал спокойный ответ,- все это вы можете. Но при условии, что ваш дом не займет слишком много земли. И если у вас большие доходы, подоходный налог будет выше. Крестьяне покупают в личную собственность тракторы. Но не землю! Они могут взять технику на подряд или в аренду. Раньше государство давало дотацию на использование тракторов, теперь отказалось от этого. На сегодня в распоряжении крестьян тракторы общей мощностью 200 млн 800 тыс. лошадиных сил.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев Алексей Сергеевич, подборка материалов, оцифровка, статьи, оформление, разработка ПО 2001-2016
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://economics-lib.ru/ "Economics-Lib.ru: Библиотека по истории экономики"

Рейтинг@Mail.ru