НОВОСТИ   БИБЛИОТЕКА   ЮМОР   КАРТА САЙТА   ССЫЛКИ   О САЙТЕ  







предыдущая главасодержаниеследующая глава

Дележ пирога

У Рикардо был, в сущности, математический ум. Те времена, когда экономика и математика протянули друг другу руки, были еще далеки, а потому в его трудах нет формул и уравнений. Но способ его мышления и манера изложения напоминают строгость математических доказательств. Рикардо обладал исключительной способностью выделить в сложном Экономическом комплексе простые элементы и принципы и развивать их до логического конца, абстрагируясь от всего, что казалось ему не главным, не решающим" Строгость и логичность его мышления производили сильное впечатление на современников.

Уже француз Курно, пионер математических методов в экономике, отмечал в 1838 г. эту особенность мышления Рикардо и вместе с тем не без основания указывал на слабость рикардовой "математики" с ее громоздкими числовыми примерами: "Имеются авторы, как Смит и Сэй, которые сохраняли в своих сочинениях по политической экономии все красоты чисто литературного стиля. Но имеются и другие, как Рикардо, которые, трактуя наиболее абстрактные вопросы или стремясь к наибольшей точности, не могли избежать алгебры и лишь скрывали ее под арифметическими исчислениями утомительного объема" (A. A. Cournot. Recherches sur les principes mathematiques de la the orie des richesses. P., 1838, p, IX.).

Однако в его математическом подходе был и свой порок. В распределении, как и в стоимости, Рикардо видел прежде всего количественную сторону. Его интересовали доли и пропорции и мало интересовала сама природа распределения, его связь с устройством и развитием общества.

Рикардо развивал в основном смитовы взгляды на заработную плату, прибыль и ренту как на первичные доходы трех главных классов общества. Определение заработной платы стоимостью средств существования рабочего и его семьи было воспринято Рикардо от предшественников. Ему казалось, что он улучшает эту теорию, подводя под нее базу мальтусовой теории народонаселения: он принимал ее основные принципы, что было, кажется, единственным важным пунктом его согласия с Мальтусом. Опираясь на Мальтуса, Рикардо считал, что заработная плата удерживается в жестких пределах физического минимума не в силу специфических законов капитализма, а в силу естественного всеобщего закона: как только средняя заработная плата немного превышает минимум средств существования, рабочие начинают производить на свет и воспитывать больше детей, конкуренция на рынке труда усиливается, и заработная плата вновь снижается.

Взгляды Мальтуса и Рикардо легли в основу так называемого "железного закона заработной платы", который позже выдвигали Фердинанд Лассаль и другие мелкобуржуазные социалисты. Этот "закон" приводит к идее о бесполезности борьбы рабочего класса за свои экономические интересы, поскольку заработная плата якобы фатально привязана к физическому минимуму средств существования. Хотя на Западе часто обвиняли и обвиняют Маркса в приверженности к "железному закону", в действительности такие представления чужды марксизму.

Теория Рикардо была в значительной мере статична. Отмечая и даже прославляя рост производительности труда, он вместе с тем не видел, что в ходе этого процесса меняется и сам рабочий класс. В частности, растет нормальный, общественно признанный круг потребностей рабочего, и вместе с тем увеличиваются организованность и сплоченность рабочего класса, его способность бороться за повышение своего жизненного уровня.

Распределение национального дохода в обществе представлялось Рикардо как дележ пирога, который по своему размеру остается в общем-то неизменным. Свою скромную долю из него получают рабочие. Все остальное достается капиталистам, которые, однако, вынуждены делиться с землевладельцами, причем доля последних неуклонно растет.

Эта мысль - что рента (а также ссудный процент, уплачиваемый промышленниками денежному капиталисту) представляет собой лишь вычет из прибыли - имела важное значение. Тем самым прибыль трактовалась как первичная, основная форма дохода, основанием которого является капитал, т. е., в сущности, как прибавочная стоимость.

Стоимость отдельного товара и всех товаров, образующих национальный доход, определяется объективно затратами труда. Эта стоимость распадается на заработную плату и прибыль (включая ренту). Отсюда у Рикардо вытекала принципиальная противоположность классовых интересов пролетариата и буржуазии. Бесконечное число раз писал он, что заработная плата и прибыль могут меняться только в обратном отношении: если заработная плата растет, то прибыль падает, и наоборот. Потому-то ярый апологет капитализма американец Кэри и назвал теорию Рикардо системой раздора и вражды между классами.

Но Рикардо опять-таки интересовали только пропорции, количественная сторона дела. Природа, генезис и перспективы тех отношений, которые порождают противоположность между заработной платой и прибылью, его не занимали. Поэтому он и не мог раскрыть "тайну прибавочной стоимости", хотя близко подходил к этому, понимая, что капиталист забирает у рабочего часть стоимости, созданной его трудом.

Анализ природы и величины земельной ренты был одним из блестящих научных достижений Рикардо. В отличие от своих предшественников, он построил теорию ренты на прочной основе трудовой теории стоимости. Он объяснил, что источником ренты является не какая-то особая щедрость природы, а прилагаемый к земле труд. Поскольку ресурсы земли ограниченны, приходится возделывать не только лучшие, но также средние и худшие участки. Стоимость сельскохозяйственных продуктов определяется затратами труда на относительно худших участках земли.

Худшими в понимании Рикардо, в сущности, являются участки, на которых приложение капитала и труда обеспечивает предпринимателю только среднюю прибыль, и не более того. Если такой участок не приносит хотя бы средней прибыли, он не будет обрабатываться. По современной сложившейся терминологии, это предельный участок, предельное вложение капитала. Все участки, которые лучше предельного по плодородию или расположению, дают норму прибыли выше средней, причем размеры этого превышения различны. Но фермеры, арендующие такие участки, не имеют экономических оснований претендовать на повышенную норму прибыли: если землевладелец убедится, что на каком-то из его участков арендатор получает особенно высокую прибыль, он постарается прекратить аренду и найти нового арендатора, который удовлетворится средней прибылью. Поэтому вся прибыль, превышающая среднюю, достается землевладельцам в виде ренты, размер которой дифференцируется по качеству и местоположению земли.

Рикардо считал, что самые худшие участки не приносят ренты. Маркс показал, что это неверно: в условиях частной собственности на землю землевладелец не отдает даром в аренду даже самый плохой участок. Рикардову ренту Маркс назвал дифференциальной (т. е. связанной с естественными различиями земли), а эту особую, не замеченную Рикардо,- абсолютной рентой. Он показал также, что цены на сельскохозяйственную продукцию формируются таким образом, что арендатор худшего участка все же имеет некоторый излишек прибыли над средней нормой. Это позволяет ему выплачивать землевладельцу абсолютную ренту. Излишне говорить, что все эти закономерности действуют как тенденции и вовсе не обязательно касаются каждого отдельного землевладельца и арендатора.

предыдущая главасодержаниеследующая глава








© Злыгостев А.С., 2001-2019
При использовании материалов сайта активная ссылка обязательна:
http://economics-lib.ru/ 'Библиотека по истории экономики'
Рейтинг@Mail.ru